Ты мой дом

Смахнув с лица слезы, произнесла то, что никогда бы не осмелилась сказать Мирону.

– Мир, можно с тобой прокатиться?

Гесс покосился на меня с задумчивым взглядом.

Почему бы и да? – он поднялся с шезлонга и протянул мне ладонь. – Все лучше, чем киснуть, верно?

***

Ветер трепал волосы, ударяя в лицо. Под нами страшным зверем урчал мотор байка. Я прижималась к Мирону изо всех сил, от страха закрывая глаза. И когда в очередной резкий поворот захватывало дух, и сердце делало остановку для того, чтобы в следующую секунду рвануть еще быстрей, я сжимала пальцы на его кожанке, едва ли не визжа от восторга.

Я жила в эти секунды. В опасные мгновения, когда, казалось бы, жизнь на волоске, меня отпускало. Не было этой огромной дыры в груди, не было сосущего чувства внутри. Не было боли…

И пусть на байке был не тот, кого жаждало мое сердце, и пусть я знала, как только закончу поездку, боль вернется, я цеплялась за эти мгновения затишья. Я жила именно в этот момент, сейчас, а что будет потом для меня не было важным.

Мы заехали на мост через реку. Мир вдруг резко затормозил, съехав к обочине.

Поставив байк на подножку, он слез с него и стянул шлем.

– Идем, – на губах мужчины искрилась хитрая улыбка. Дрожь пробежала по коже от его взгляда. Но спорить мне не хотелось.

Я последовала его примеру. Оставив шлем на мотоцикле, отправилась за Гессом к железному ограждению.

Он вытянул сигарету, и закурил. Ветер трепал его распущенные волосы. Я смотрела на его хмурый лоб, на напряженный взгляд, направленный на линию горизонта и думала о том, что Мир оказался самым близким мне из братьев.

– Ты в подавленном состоянии, и это меня тревожит, – произнес, так и не повернувшись.

Я наклонилась через парапет, у меня закружилась голова. Высота моста была метров двадцать. Под нами распростерлась темная гладь воды. От сильного ветра стало совсем зябко, и я интуитивно обняла себя.

– Не думала, что кому то из вас есть до меня дело.

– Ты права, никакого дела нет, – повернулся и ответил, словно ни в чем не бывало. – Но ты связана с нами, впереди общее дело, и мы как единый организм. Если болеет какой-то орган, страдает и все тело. Так и мы. Все должно быть четко отработано, только тогда мы сможем справиться даже с тем дерьмом, в которое нас пытается окунуть Исай. Это дело не из легких, и ты рискуешь не меньше нашего. В доме у Олега в этот вечер будет тусовка.