Сердце наружу

Бондарчук не успевает ответить, в следующий момент в него попадает попкорном. Снова и снова в его голову летят зерна, парочка которых падает мне на колени.

– Эй, большая голова, ты загораживаешь мне экран! – раздается громкий голос друга сероглазого, а после вся компания начинает смеяться.

– Не обращай внимания, – произносит он.

Кир отстраняется. Делает вид, словно не понимает, что они обращаются к нему. Мы пялимся в экран, искренне надеясь, что эти неандертальцы про нас забудут. Но удача не на нашей стороне.

– Малая, отодвинься от него, а то в тебя прилететь может! – а вот это уже сероглазый. Внутри закипает злость. А еще мне немного страшно.

Другие зрители начинают поворачиваться к нам, но никто не заступается. Все просто наблюдают. Кто-то смеется, поддерживая хулиганье, а кто-то, мазнув по нам взглядом, отворачивается к экрану.

– Эй, кучерявый! Ты бы парикмахера сменил! – снова кричит дружок сероглазого.

На этот раз Кирилл оборачивается.

– Психиатра своего смени, идиот.

Он возвращает внимание к экрану, а я прикрываю глаза, понимая, что только что Кирилл развязал войну.

Только успеваю подумать об этом, как со стороны Кира, словно черт из табакерки, появляется друг сероглазого. Он резко подается к нему и берет его шею в захват.

– Птаха, малую не зацепи! – раздается голос сероглазого со стороны прохода.

Я в ступоре. Кир, впивается пальцами в руку Птахи, пытаясь ослабить его хватку.

– Я даю тебе выбор, кучерявый. Либо ты поднимаешь свою задницу и покидаешь этот зал один. Либо, – он косится на меня, на губах хулигана искрится улыбка. – Либо получаешь люлей прямо здесь …

– Ну! – он освобождает его шею, и в следующий момент происходит то, чего я никак не ожидала.

Кирилл поднимается с сидения и быстрым шагом, даже не оборачиваясь, покидает зал.

Я в немом шоке. Просто сижу и смотрю в спину удаляющегося Бондарчука. Перед тем, как скрыться за ширмой кинотеатра, тот бросает на прощание виноватый взгляд. А на его место усаживается сероглазый.

– Не трясись, малая. Не бойся, я не обижу, – произносит он с довольной улыбкой на лице. Поправив козырек бейсболки, кладет руку мне на плечи.

Глаза парня с жадностью скользят по мне. Такое чувство, будто меня выставили на обозрение. Жутко неуютно.