Шторм изнутри

Факел плюнул в сторону пару раз большими кусками горящего сала, пламя уменьшилось, факел сбросил с себя последнюю искру и потух, оставив Кая в полной тьме. Чернота и тишина навалились огромной массой, окутав его в свои холодные объятья.

У Кая было достаточно факелов, но не бесконечное количество. Потому он купил прекрасный фонарь. Он был довольно тяжелый, увесистый, в стеклянном шестигранном корпусе и изысканной бронзовой раме с похожей на паутину и мох сканью. Несмотря на свою громоздкость, фонарь был переносным, позволяя ухватиться за толстое кольцо-ручку, с выемками для пальцев.

Такие фонари когда-то заправляли керосином, но этот был электрическим, потому Кай докупил целую ленту толстых тяжелых батареек и пару запасных ламп.

Всего несколько секунд понадобилось, чтобы отшвырнуть прочь догоревший факел, отстегнуть фонарь от ремня, где он болтался все это время и щелкнуть включающим его тумблером. Но за эти несколько секунд, не отводивший взгляд от черноты пространства перед собой, Кай заметил какой-то блик.

Казалось, его сознание само породило видение. Но все его чувства закричали, сбились в один сжавшийся комок, возвещая о присутствии чего-то невидимого впереди. Ощущение опасности адреналином ударило в голову, на кратчайшие доли секунды сея панику в сознании.

Зажегся фонарь.

Острые желтые лучи электрического света, рванувшего сквозь стеклянные стенки, моментально растворили густоту мрака. Фонарь освещал куда большее расстояние, нежели факел, прокладывая путь в глубину коридора, где клубилась таящая неизвестность тьма.

Коридор был пуст.

В освещенной сфере пространства не было никого и ничего, но дальше – не разглядеть.

Шаг за шагом, словно только что обрел опору под стопами, Кай медленно продолжил движение. Он пригнулся, слегка согнул колени, пружиня ногами при ходьбе, тело было напряжено, чувства обострены, он буквально кожей ощущал окружающие его стены. Он сам стал двигаться, словно зверь, готовый к схватке, и звериные инстинкты просыпались в нем, усиливая чувства.

Туннели давят, они угнетают и держат в постоянном напряжении. Здесь нельзя отдаться мыслям, коротая время пути в своих раздумьях и фантазиях. Каждое мгновение необходимо рассматривать одинаковые своды и пол, впитывать это бесконечное однообразие, до рези в покрасневших от слабого света глазах, вглядываясь во тьму. Бесконечная концентрация, разум постоянно занят поиском верного пути, а чувства обострены, стараясь уловить что-то в неизменном пространстве вокруг.