Двойной капкан

Смерть Гаса и желание Амины быть самостоятельной заставили меня переосмыслить собственное предназначение. А я сам живу своей жизнью? Делаю что—то своё или по инерции продолжаю исполнять волю отца? Мне самому впору вернуться к важному подростковому этапу отстаивания границ, определению себя, своих желаний и интересов, личностному принятию. Даже мысли об этом были странными и необычными. Я слишком часто сдавался, делая то, что нужно кому—то, но не мне. Я и сейчас пытаюсь разрешить ситуацию, которую создал не сам, и затащил в жернова обстоятельств девушку.

Смогу ли я когда—нибудь жить своей жизнью? Не так, как Гас… Он выстроил такие границы, которые никому было не под силу сломать – от героиновой зависимости нет полного излечения. Но в силах ли я создать границы, которые не уничтожат меня самого?

У меня есть характер и ресурсы, чтобы выразить и защитить мою индивидуальность. Но она настолько скрыта ожиданиями от меня других людей и агрессией, что я сам боюсь того момента, когда она вырвется наружу.

Мне нужно определить новые границы дозволенного и запрещённого, показать, как со мной можно обращаться другим, а как нельзя. Я не должен быть жертвой обстоятельств. Это странные мысли для мужчины 34х лет отроду, но лучше поздно, чем никогда.

Я должен вернуть себе себя, стать творцом своей жизни.

Телефон зазвонил как раз, когда мысль оформилась.

– Босс, я нашёл Йорика. Он засел в высотке на Морском бульваре. Это не наш район, и если мы с ребятами туда нагрянем и вскроем дверь, а вскрывать придётся, то кто—нибудь нам это предъявит.

– Жди меня там, я сам приеду. И ещё, Ахмет, узнай, когда прилетела Амина и что делала после аэропорта. Когда сел самолёт, когда она прошла таможенный контроль, когда вышла из аэропорта, куда поехала. В общем, восстанови хронологию по минутам.

– Сделаю, босс.

Надеюсь, Вика успела позавтракать. Когда я начал называть её мысленно по имени?

Глава 9. Зазеркалье

Дружбу не планируют, про любовь не кричат, правду не доказывают

Фридрих Ницше

Тахир вытащил меня прямо из—за стола, когда я допивала кофе, и, не спрашивая моего согласия, велел следовать за ним. Я была растеряна, расстроена, напугана и плохо соображала, особенно когда этот мужчина оказывался рядом.