Будапештский нуар

Но объясните мне, зачем иллюстратор издательству, которое печатает книги без картинок, да еще и с одинаковой обложкой? Каждая поделена на три части, средняя белая, верхняя и нижняя какого-то другого цвета.

– Значит, вы знакомы с издательством «Пингвин».

– Знаком.

– Тогда вам следует знать, что у них не все обложки одинаковые. И я могу разработать новый дизайн.

– Было бы неплохо.

– Я хочу поехать туда только на год.

– Вы уверены?

– Помните, пару недель назад меня пригласили подготовить материал для Международного евхаристического конгресса? Точнее, для одной его секции.

– Но конгресс будет только через полтора года.

– Знаю, поэтому я хочу вернуться через год. И раз уж речь зашла об этом, я предлагаю вам поехать со мной. Я должна дать ответ через неделю. Если откажусь, им придется искать кого-то другого. Но если соглашусь, вы можете поехать со мной.

– В Лондон.

– Именно.

– Я не поеду, Кристина, и вы сами это прекрасно знаете. Я не могу уехать.

– Знаю. А мне, как вы считаете, стоит поехать?

– Раз уж это для вас так важно.

– А для вас важно, чтобы я осталась? – спросила Кристина.

– Для вас важно уехать, – ответил Гордон.

Они вышли из бара после десяти вечера. Кристине абсолютно не понравилось представление двух американских певиц, Гордон, напротив, слушал увлеченно, заметно наслаждаясь пением двух белозубых, улыбчивых женщин, прыгающих по сцене в тюлевых юбках и с большими париками на головах.

– Покажите мне это место. – Кристина сильнее укуталась в пальто.

– Какое место?

– Тело девушки. Где его нашли?

– На улице Надьдиофа.

– Это вы уже говорили, – сказала Кристина и пошла в направлении площади Луизы Блахи.

– Вы куда? – окликнул ее Гордон.

– Туда, – ответила Кристина. – Там спрошу, у каких ворот лежало тело.

Жигмонд сделал глубокий вдох, бросил недокуренную сигарету на проезжую часть и пошел за девушкой.

– Что на ней было? – спросила Кристина, когда Гордон ее догнал.

Он рассказал.

– А ногти? Руки?

Гордон начал вспоминать: руки у девушки были ухоженными, ногти аккуратно подстрижены.

– А волосы?

Тут репортер попал впросак: он думал, что Кристина спросила про прическу, но нет.

– Я имею в виду: жирные, растрепанные, крашеные?

– Нет. – Гордон покачал головой.

Девушка продолжила допрос, мужчина терпеливо отвечал, если знал, что говорить.