Маршал веры. Книга вторая

– Ах ты, моя лисичка! – Поцеловал отец Санчу.

Девушка была точной копией его недавно умершей и горячо любимой жены, доньи Бланки.

ГЛАВА IX

Рыцарский турнир

Множество рыцарских турниров уже было описано ни один раз, отмечу лишь то, что разделительных заборов в то время еще не существовало и всадники были вольны атаковать по любой траектории, только не со спины.

Для успокоения себя и зрителей, если только не бились насмерть, на наконечники боевых лансов надевали бычьи копыта, крепко сидящие на лансе и обмотанные сверху многими слоями корпии или кожи.

Одновременно с этим применяли деревянные набалдашники на наконечники, подбитые войлоком и обшитые кожей, чтобы смягчить удар.

При использовании мечей, достаточно было выбить меч или другое оружие противника, а его прижать к стенке или уронить на землю, приставив оружие к шлему.

Для спокойствия участников, оружие оборачивали толстой буйволовой кожей, наподобие чехла, что немного смягчало удар и исключало ранения и опасные травмы.

Поздние описания рыцарских турниров были, по сути своей, описанием выхолощенного и предельно безопасного мероприятия, прежде всего направленного на зрелищность и на испытание силы, умения и красоты истинно рыцарского поединка, а не подобия олимпийского турнира по фехтованию непонятно чем, что отдаленно напоминает шпаги…

Уже в то время дамы нашивали несколько слоев ткани на рукава, чтобы оторвать и бросить их понравившемуся рыцарю.

Особым шиком и признаком высочайшего мастерства считалось умение рыцаря своим турнирным копьем поймать этот рукав налету.

Меньшим, но тоже приятным шиком, считалось поддевание лежащего рукава на полном ходу с земли. Копье, ведь, могло упереться и, к всеобщему смеху, выпасть из руки рыцаря.

Потом эти рукава оруженосцы накалывали на копье своего хозяина, утяжеляя и нарушая баланс и без того достаточно тяжелого турнирного ланса.

А ведь надо было, на полном скаку боевого коня, этим разбалансированным копьем попасть точно в щит или корпус противника, чтобы оглушить или выбить его из седла.

Санча, к удивлению отца, мало следила за схватками рыцарей, но, оживлялась и срывала рукава со своего платья, только при выступлениях статного франкского рыцаря, посла короля Филиппа.