Изнанка матрешки. Сборник рассказов

Звонкий крик оборвал их пикировку:

– Индевлад передаёт!

Через минуту в зал влетел Корчагин, его встретили на ура, дали прочесть расшифрованное послание Индевлада.

– Интересно, интересно!.. Абсолютный преобразователь энергии!.. Первый успех Программы!.. Срочно двух Проводников за этим… – голос Корчагина дрогнул. – Он ещё там развлекается! Серкор?

– Сергей Корчагин, – с ядом в тоне подсказал Миша Лесман.

– Один – один, – съязвил Юра Окулов и добавил: – В мачте Индевлад – Серкор.

– Я тут ни при чём, – поспешил оправдаться Селянинов и отступил за стойку машины подальше от ищущих глаз руководителя лаборатории.

– В тихом болоте… – полетело ему вслед.

Программа в программе.

На каждом шагу встречались следы недавних событий.

Развороченный до основания Столб Нападения являл взгляду изорванное взрывом нутро – стылое месиво органов движения, наведения и атаки. Тут же громоздилась туша поверженного Хлама: он, по-видимому, был насквозь прожжён запасённой впрок Солнечной Струёй.

Над мрачными скалами ущелья Ползунов вставало Солнце. Скоро оно заглянет сюда, высветит неприглядную картину погибших Грёз и жаркими лучами сожжёт жертвы ночи, а потом канет за скалы, оставляя соперникам очищенное место и время для новых схваток.

– Храни нас время! – с чувством приговаривал Индевлад, дробя крепкими каблуками остекленевшую начинку недавних бибоноков.

– Какая чушь, – вторил ему Мамм, фыркая от каждого прикосновения к останкам.

– Нет, нет, ты не прав! Каждому времени свои игры, – убеждённо поправлял его Индевлад

– Игры-игрушки! – Мамм, приняв вид толстоногого стола, самозабвенно хрустел застывшей после боя корочкой покрытия бибоноков.

Сверху упал Холодный Шар. На его матовых от испарены боках проступали капельки конденсата. Они исказили изображение, заигравшее на полусфере, повёрнутой к Индевладу.

– Что он хочет нам сообщить? – спросил Индевлад у Мамма.

Помощник, оборотясь в огромный изучающий глаз, оценил картинку на полусфере Холодного Шара по законным показателям.

– Бестолочь он! – наконец, решительно и презрительно оповестил Индевлада Мамм и быстро превратился в платформу, поддерживаемую многочисленными паучьими ножками. – Садись, дорогой и любимый, и поехали отсюда. Его послали к нам фоки, а он забыл зачем.