Победителей не судят

Потом подвернулась ориентировка – одна кавказская группировка расстреляла другую кавказскую группировку, а среднеазиатская банда сожгла баню вместе с местными отморозками. Да, жизнь в городе, как всегда, была насыщенной, полной неожиданностей и забавных подробностей.

– Не забудь о себе написать, – бросил, пробегая мимо кабинета, редактор.

– Не понял? – Касьянин удивленно поднял голову от стола.

– У меня даже заголовок есть, – Осоргин вернулся и заглянул в дверь. – «Снова в строю». Так, дескать, и так, подвергся бандитскому нападению сотрудник нашей редакции Илья Касьянин.

Но благодаря героическим усилиям врачей он снова в строю, и снова криминальная тема нашей газеты освещается как нигде полно, достоверно и талантливо. Ведется следствие… Да-да, не забудь указать, что ведется следствие и сотрудники уголовного розыска уже установили нападавшего.

– Кто же этот нападавший? – уныло спросил Касьянин.

– Я же тебе говорил – в интересах следствия фамилия бандита не разглашается, – рассмеялся Осоргин и умчался дальше по своим чрезвычайно важным редакторским делам.

– А что? – пробормотал Касьянин. – Не продается вдохновенье, так можно рукопись продать… – и тут же набросал еще одну заметку. Заголовок, недолго думая, поставил тот, который предложил редактор, – «Снова в строю».

– Все правильно, – сказал Осоргин, прочитав заметку. – На всю полосу шапку… Так и напишем – «Снова в строю». И фотографию поместим. Есть у меня твоя фотка… Помнишь, наш фотокор щелкнул тебя, когда ты премии радовался как дитя… Веселый такой, простодушный, беззаботный… Крупно дадим, щедро! На первой полосе! Как раньше портреты вождей печатали!

– Тогда меня уж точно добьют, – без улыбки сказал Касьянин.

– Авось! – весело воскликнул редактор и помахал рукой, давая понять, что Касьянин может уйти не только из его кабинета, что он может вообще отправиться домой, поскольку дело свое сделал и без толку шататься по коридорам ему нечего.

А вечером пришел Ухалов.

Марина еще не вернулась, Степан с друзьями гонял мяч на пустыре, и приятели могли поговорить без помех.

Ухалов был непривычно молчалив, сосредоточен, на Касьянина поглядывал пытливо, испытующе, словно прикидывая – сможет ли тот выдержать все, что он для него приготовил.

– Ты как? – спросил Ухалов.

– Держусь… Пишу потрясающие детективы.

– О чем?

– Сообщаю читателям о криминальном мире, в котором они живут, – Касьянин никогда не пересказывал содержание заметок, которые сдавал в набор.