Итальянский след

– Отличные снимки, – похвалил Андрей, понимая, что разговор явно приобретает второй смысл. – И девушки красивые… Это как же надо уговаривать, чтобы они согласились вот так сфотографироваться, – Андрей испытывал самолюбивую натуру Величковского, терзал его душу, жаждущую похвалы.

И тот не выдержал.

– Уговоры у меня получаются, – признался наконец Величковский, улыбнувшись широко и простодушно.

– Но это же старые снимки, – пробормотал Пафнутьев, пытаясь изобразить безразличие к разговору. Для убедительности он провел пальцем по стене, отряхнул руки.

– Как старые?! – возмутился Величковский. – Здесь нет снимка старше полугода.

– И что, с любой можешь познакомить?

– Запросто!

– Плитку ты, конечно, кладешь хорошо, но девушки у тебя еще лучше, – пробормотал Пафнутьев, снова перебирая фотографии. – Хорошо устроился… Иметь такой курятник не каждому удается. Неужели плиткой можно заработать на всех?

– А я их не балую. Трусики, лифчики, еще какая-нибудь мелочь… Вот и все мои подарки.

– Так, – Пафнутьев мучительно думал над следующим вопросом.

– Да я все делаю сам! – воскликнул Величковский. – Кроме электрики, паркетных дел и плотницких работ. Может, и смог бы, но не люблю, не нравится. А плитку люблю укладывать. Если у вас работа по полной программе, могу поговорить с ребятами, не откажутся.

В кармане Пафнутьева зазвонил мобильный телефон. Пафнутьев, склонив голову, прислушался к дребезжанию звонка, поколебался и вынул коробочку.

Звонил Худолей.

– Ну что, Павел Николаевич? Забрезжило?

– Понимаешь, электрику он заменить не сможет, по паркетным работам тоже не силен… Но что касается плитки, то тут полный порядок.

– Колется? – спросил Худолей главное.

– И да и нет.

– А так бывает?

– Понимаешь, Валя, вроде всему находится объяснение, все в пределах разумного, целесообразного, хотя и слегка криминального. Легкий такой криминальный душок, как от женщины, которая хлебнула коньяка, но не хочет в этом признаться: дескать, после шампанского от нее такой запах идет… Врубился?

– А пальцы в дверь?

– Чуть попозже.

– Слиняет, Паша! – простонал Худолей. – Как пить дать слиняет!

– Давай так договоримся… Через полчаса, в крайнем случае через час я буду у себя. Подходи, поговорим.

– Сейчас я не нужен?

– Вроде обо всем договорились… Договорились? – спросил Пафнутьев, повернувшись к Величковскому.

– Обо всем, кроме денег, – ухмыльнулся тот.