В Дафиаркам. Кетаб первый

Войска, наводнившие столицу и расквартированные вокруг Лонгарда. Сотни дромонов, галер и галеасов, готовящихся к отплытию.

Грядущая война. Настоящая, полномасштабная, в отличие от локальных стычек на северных рубежах империи. Один из таких конфликтов на границе протекторатов Дарф и Ронвейр только что был подавлен принцем. Однако по возвращении его ждала новость, круто изменившая весь уклад жизни Дафиаркама. Княжну Олириадну, ту, что Стратус отправил в столицу девять декад назад из княжества Варф-Дорлон, похитили лазутчики с Эструдейла.

Он уже забыл о девушке и своём спонтанном порыве жениться: долгий поход и очередное ранение вытеснили все мирные планы. Жизнь принца и солдат, которыми он командовал, превратилась в череду тяжёлых переходов сквозь снега и ожесточённых подавлений восстаний. Он проредил непокорные племена и кланы, во многих из них оставил в живых лишь женщин и детей. Он укрепил позиции империи на рубежах, казнил зачинщиков бунтов, наказал виновных. Он пополнил казну за счёт сокровищниц мятежных князей, а также финансовых вливаний рабовладельческой гильдии «Мергетус Седар», захватив немало пленных.

И вот, по возвращении – такая новость.

Но поразила не сама новость, а отношение к ней отца. Император был очень раздосадован исчезновением княжны. Он – удивительно! – проникся жалостью к бедной девушке. Вместо недовольства желанием сына жениться Хордрон Ликантор одобрил выбор принца, поддержал его и высказал глубокое сожаление.

Войска трёх армий подтянулись в столицу и стояли наготове. Слишком быстро, подумал бы в иной ситуации Стратус. Но внимание и забота отца обескураживали. Император впервые за много лет поднял вопрос наследования трона старшим сыном. «Я был недальновиден, – говорил он. – Да, я признаю, что хотел видеть Мантиса своим преемником, но он не оправдывает моих надежд, в отличие от тебя. Возглавить силы империи и самому плыть на юг? – Нет, ты нужен мне здесь. Восстанавливайся после ранения, готовься в будущем принять власть.

Бухта пестрела от кораблей. Якоря со скрипом ползли в клюзы, паруса наполнял тёплый предлетний ветер. Имперская эскадра отплывала на юг к берегам Эструдейла.

Чувства рвались на волю. Хотелось остаться в одиночестве и всё обдумать.