Жребий изгоев. Всеслав Чародей – 1

 – Мне тоже говорили про то… Многие говорили… Знал, князя-то?

– А чего же, – Керкун отсмеялся. – И знал. Сколько лет-то минуло с того, как он на Чернигов от нас ушёл? Сорок?

– Ну да, – князь кивнул. – Сорок и есть. А то и поболе.

– Ну так вот, – Керкун улыбался чему-то далёкому или давно минувшему. – С ним и я шёл тогда. И при Листвене я тоже бился против деда твоего, против варягов да новогородцев.

Лицо Вышаты при последних словах Керкуна чуть изменилось, он глянул на хозяина внимательнее.

– А эвон, пестуна Вышаты дед у нас тоже при Листвене бился, – мгновенно сказал князь, заметив.

– Бывает, – ничуть не смутился Керкун. – Тогда вся Русь на части поделилась, совсем как нынче. А я и до того с Мстиславом-то Владимиричем вместе ратоборствовал против ясов да касогов, мне тогда всего-то лет пятнадцать было.

– А нынче же тебе сколько? – поражённо спросил князь, любуясь могучей статью хозяина.

– А чего, – заухал довольно Керкун.

– А детям твоим лет по шестнадцать, – князь кивнул в сторону близняков, которые из угла жадно ели взглядами войскую сряду Ростислава и Вышаты – больше никого из Ростиславлей дружины в избе и не было. – Поздно женился, что ли?

– Так это младшие, – пожал плечами невозмутимый хозяин. – Старший в трёх верстах отсюда живёт, вверх по Донцу, второго печенеги убили лет уж тридцать тому как. Дочка замужем, за Донцом живёт, на левом берегу.

– Вон что, – протянул Ростислав.

– И род не из последних, – охотно кивнул хозяин. – Слыхал ли про Русь прежнюю, не нынешнюю, а ту, что здесь на нижнем Дону, Кубани да у Тьмуторокани была?

– Давно это было, – задумчиво сказал князь.

– И верно, давно, – подтвердил Керкун. – Лет триста минуло тому. Так мой пращур там боярином был.

– Откуда ведаешь?

– Отец говорил, – Керкун весело щурился. – А ему – его отец, мой дед. Ну а ему…

– Его отец, – понятливо кивнул Ростислав.

– Ну да, – лицо Керкуна построжело. – Так и передавали в роду. Славное, говорят, времечко было. А после козары пришли, а после – печенеги. И рать наша погинула меж Волгой и Доном. А вот Дон мы ещё пять лет держали против печенегов-то… Теперь от державы той осколки только… Белая Вежа город, да станицы с хуторами в степи. Нас теперь козарами зовут – за то, что под хаканом жили столько лет… прилипло. Да ещё бродниками. По степи, дескать, бродим.