Жребий изгоев. Всеслав Чародей – 1

– Оставь лук, парень, – весело бросил Неустрою передний всадник, молодой ещё вой в длинном красном плаще. В красном? Вой?!

– Помилуй, княже, – поклонился Шепель, гадая про себя, кого из русских князей принесло к их костру.

– Ай видал меня где-то? – насторожился князь. Неустрой чуть ослабил натянутую тетиву, но лука не опустил – наконечник стрелы по-прежнему глядел на пришлых воев. А их всё прибывало – сколько же вёл с собой неведомый князь?

– По плащу догадался, княже, – весело ответил Шепель. – Опричь князей на Руси красных плащей никто не носит.

– А я-то уж думал, – задумчиво потянул князь, оглядывая парней нехорошим размышляющим взглядом – Шепель даже пожалел мимолётно о своей догадке.

– Да опусти ты лук! – прикрикнул кто-то из воев на Неустроя. – Никто вас грабить не будет, да и убивать тоже.

Но Неустроя, видно, заколодило – лука он не только не опустил, но и снова вскинул, целясь в князя. Княжье лицо как-то неуловимо изменилось, но он ничего не успел сказать или сделать – мелькнуло что-то стремительное, и Неустрой полетел в траву, уронив и лук, и стрелу.

– Ну, Вышата… – непонятно, то ли осуждая, то ли одобряя, протянул князь.

– Никак иначе, Ростиславе Владимирич, – пробурчал седой середович в богатой сряде, чуть потирая ладонь и не спуская глаз с замершего в стороне Шепеля. – А ну как он бы выстрелил?

Ростислав Владимирич? Волынский князь?

Чего это ему надо в наших-то краях? – смятённо подумал Шепель, неотрывно глядя на лежащего в траве Неустроя. Брат зашевелился, приподнялся на локтях, стал на четвереньки, мотая головой.

– Вот что, парни, – задумчиво сказал Ростислав. – Живёте-то далеко?

– На хуторе живём, – бойко ответил Шепель. – Звонкий Ручей зовётся. Тут рядом!

– Ну и зачем нам это надо? – хмуро спросил гридень Вышата, сверля взглядом спину Неустроя. – Шли бы и дальше, к Тьмуторокани напрямик.

– Передохнуть дружине надо, наставниче, – усмехнулся волынский князь. – Полторы тысячи вёрст с лишком прошли – не шутка.

– Какого хрена нас вообще понесло через степь? – недовольно пробурчал пестун. – Надо было в Олешье[11 - Олешье – древнерусский порт-эксклав XI – XIII веков, включавший земли в низовьях Днепра от устья Южного Буга до Керкинитского залива.] сесть на лодьи и – морем!

– Я не уверен, что нас пропустили бы херсониты, – бросил Ростислав Владимирич. – И иная мысль есть…

Князь замолк, а пестун не стал переспрашивать.