Кощеево седло. Всеслав Чародей – 3

 – Может, и из твоих кто был… вот выберемся отсель – и поищешь…

Он осёкся.

Ты выберись сперва, – опять сказал внутри него кто-то ехидный.

Всеслав вздрогнул.

Он долго – слишком долго! – ждал чего-то подобного. И вот теперь на него навалилось что-то странное. Какие-то сомнения, никогда ранее ему, полоцкому князю, потомку Велеса, не свойственные.

А ну как это ловушка, и мальчишка этот подослан великим князем? И, доверясь ныне этому холопу, он собственными руками выдаст своих людей в Киеве Изяславу? Ибо люди-то были, как не быть.

На мгновение Всеславу ясно вспомнился твёрдый взгляд и сухое лицо плесковского гридня Колюты, былого старшого Судислава Ольговича.

Князь закусил губу, глядя на Буса остановившимся взглядом, задержав на весу около самого рта косточку с недоглоданным мясом. А мальчишка уже глядел на Всеслава с закипающим слезами отчаянием – понял княжью трудноту.

– Ты не сомневайся, господине… – начал он, но Всеслав его перебил.

– Как называлась ваша вёска?! – спросил отрывисто, одновременно стараясь вспомнить, ЧТО рассказывал ему о сбегах тысяцкий Бронибор.

Расселение сбегов было поручено тысяцкому и никому иному оно поручено быть не могло – ибо сбегов надо было наделить землёй, а земля – общая, всего кривского племени. И кто, кроме тысяцкого, главы города Полоцка, может наделить землёй в полоцкой волости?

– Славутиной, – без малейших колебаний ответил Белоголовый. – Только мой отец не в самой вёске жил, на отшибе. Неклюдом его звали.

От слов Буса повеяло чем-то смутно знакомым, но князь всё ещё боялся поверить.

– Ещё кого с той вёски назвать можешь? – замирающим голосом спросил он.

– Урюпу помню, самого Славуту-войта, Улыбу, дочку Урюпину…

Всеслав улыбнулся, и Бус оборвал слово на половине.

– Ну так и я тебя порадую, Белоголовый, – Всеслав глядел уже без настороженности. – Жив Славута-войт. И иные многие живы… за Мяделем живут, в Полоцкой волости им землю вече отвело…

– Княже… – задохнулся холоп, пожирая Всеслава преданным взглядом.

– Поможешь мне, Белоголовый? – спросил князь в лоб, решась, наконец.

– Всё, что хочешь, господине! – метнулся Бус. – Прикажи умереть, Всеславе Брячиславич!

– Ну так слушай, – Всеслав невольно глянул в сторону двери. – Умирать не понадобится. Пойдёшь на Подол…

Тиун Судила ждал Буса почти что у самой двери. Дождался, пока холоп затворит за собой дверь и больно вцепился в руку выше локтя.