Радиация и лёд

И пока он растирал побитый глаз, я смог сосредоточиться на радиации. Смог выбить себе долгожданную секунду форы. Радиоактивные частицы витали вокруг. Туман оставил после себя целый клад, если можно это так назвать.

Я направил всё, что было на площади в одну точку. Туда, где стоял Берсерк.

Сперва ни противник, ни толпа зевак ничего не поняли. Они-то не могли видеть перетекающую в Берсерка радиацию. Целые потоки альфа и бета-частиц, ярко отличавшихся по цвету.

По физике у меня была твёрдая тройка, поэтому куда было проще ориентироваться в цветах частиц, чем выяснять их реальные названия.

Но произошло то, чего я никак не мог предугадать. Берсерк посмотрел на свои громадные лапы, словно увидел в них гору золотых монет, и откровенно заржал.

Площадь затихла от такого поворота событий.

– Тебе не победить, сопляк! – бросил мне Берсерк и зарычал.

Этот рёв уже не был человеческим.

Он сорвал с себя майку, что облегала напряжённые мышцы. Его кожа заходила волнами. И без того огромный мужик становился ещё больше, ещё сильнее.

М-да…

Я быстро понял свою ошибку и тяжело вздохнул.

Берсерк превращался в настоящего монстра, и неизвестно останется ли в этой туше хоть толика разума. Его кожа разрывалась полосами, не в состоянии подстроиться под разрастающиеся мышцы. А затем срасталась вновь, оставляя чёрные отметины на местах разрывов.

Я вдохнул полную грудь воздуха, представляя, что забираю всю отданную Берсерку радиацию обратно в окружающее пространство.

И радиация поддалась воле моих мыслей. Она начала стремительно выкачиваться из того, кто ещё минуту назад был человеком. Сейчас он походил на уменьшенную версию Кинг-Конга, разве что без волосяного покрова. И лишь изменяющееся тело мешало ему прикончить меня.

А он бы сделал это, не сомневаюсь. В этих красных от безумия глазах не осталось ничего человеческого.

Но вот тело Берсерка прекратило мутировать на глазах.

Он набросился на меня. Внезапно. Но неуклюже, как тяжело раненный зверь. Я без усилий увернулся.

– Сдавайся, если не хочешь сдохнуть, – процедил я.

– Никогда! – прорычал мутант, и в свете фонаря блеснули его безумные глаза.

– Так тому и быть, – сказал я и развёл руки в стороны, отгоняя от нас радиацию.

И она подчинилась.