В отражении глаз цвета неба

Через две недели они должны вернуться. И в этот момент Ирины в этом доме не должно быть.

Глава 3

Евгений

– Приятного аппетита, Евгений Борисович.

– Спасибо, Ольга, – ответил я, ожидая, что прислуга как обычно быстро скроется с моих глаз. Но она продолжает стоять напротив. Я посмотрел на нее, кивнул, разрешая ей сказать.

– А Ирина Романовна не будет ужинать?

– Ужинать? – я и забыл, что моя милая женушка в этом доме. С удовольствием оставил бы ее голодной. Может, поголодав пару дней, она станет сговорчивее и перестанет нести чушь.

– Что ей отнести, будут ли какие–то особые пожелания? – уточняет она.

– Будут, – что я думал на счет голодовки? Голодовка ведь может быть и добровольной. Ира сама откажется от еды, я это точно знаю. – Отнеси–ка ей… стейк средней прожарки, без овощей. И попить что–нибудь. Она любит какао?

– Нет. Она любит зеленый чай с мятой, – спокойно отвечает она.

– Значит, отнеси ей какао.

– Но, Евгений Борисович… – она тушуется, но все же решается продолжить, – может к мясу хотя бы помидор положить. Одно мясо… Она же вегетарианка, – напоминает мне Ольга, как будто я об этом забыл. Я все прекрасно помню. Помню, как она отказывалась сидеть со мной за одним столом, если я ел мясо: «Меня тошнит от одного его вида. Меня рвет от его запаха».

– Вот именно. Вегетарианка хренова. Сколько она мне крови попортила с этими авокадо, сельдереем, морковкой и еще всякой хренью зеленой.

– Хорошо, – она покорно уходит.

Я Ольгу знаю, не посмеет ослушаться. И мою женушку ждет незабываемый ужин.

Анна

Я лежала на кровати, свернувшись калачиком. Безумно хотелось кушать. Хотя бы попить воды. ОН точно решил меня убить. Может он уже понял, что я не его жена и таким образом решил от меня избавиться. В дверь постучали.

– Кто там? – спросила я. Только бы не он.

– Это Ольга, Ирина Романовна, – еще бы знать, кто ты такая Ольга.

– Входи, – не просто же так она пришла.

Дверь открылась и в нее вошла женщина, которая открывала нам дверь. Женщина лет сорока, очень стройная и красивая. Волосы уложены в строгую прическу. Платье серое, ниже колена. Рукава три четверти. В руках ее поднос. Она проходит к столику и ставит его. Взгляд у нее потерянный.