Лучше не бывает

Лучше не бывает

Наталия Полянская

Беспринципный миллионер, плейбой, любитель экстрима и красавчик – все это Тони Мэтьюс. Его имя произносят либо с восхищением, либо с ненавистью, а равнодушных нет. И чем его может заинтересовать простая девушка Линда Тайлер? Но она должна его заинтересовать, должна войти к нему в доверие, чтобы выяснить: так ли он честен, как старается показать?..

Наталия Полянская

Лучше не бывает

Глава 1

Тони Мэтьюс любил смотреть, как скользят по затемненным стеклам машины отражения огней большого города.

Скользят, плавятся, плывут, и если долго наблюдать за ними, они складываются в причудливые картины – любой импрессионист позавидует. В ком, в ком, а в импрессионистах он разбирался.

Тони расслабился, вытянул ноги, благо пространство позволяло, и скрестил руки на груди.

– Тони! – тут же предупреждающе произнесла Оливия.

– Да, знаю. – Он опустил руки, расслабленно помахал кистями. – Ты цербер, Ви. Что бы я без тебя делал?

– Ты все равно меня не слушаешься.

Если бы подчинялся, то сидел бы дома. После перелета мог бы и не появляться на этой вечеринке. Все бы поняли.

– Я должен.

– Твой самый любимый ответ.

– Может, заедем в «Макдоналдс»? – Тони приподнялся, сел прямо, глядя в окно. Лимузин затормозил на перекрестке, и неподалеку как раз светилась реклама самой популярной забегаловки мира. Тони задумчиво разглядывал огромную желтую букву М и изображение сочного гамбургера. – Не представляешь, как я соскучился по картошке фри.

И голоден, как любимый тираннозавр Спилберга.

– Осталось совсем немного. Ты сможешь перекусить на празднике.

– Да брось, Ви! – оборвал ее Тони. – Ты же знаешь, каким дерьмом там кормят. Канапе, огурцы с икрой, тушеные бабочки, сушеные гусенички…

– Я позабочусь о том, чтобы ты поел нормально.

– Да, я в тебя верю. Спасибо, Ви. – Тони с сожалением бросил взгляд на рекламу «Макдоналдса» и снова откинулся на подушки. Оливия пожала плечами и отвернулась к окну.

Ее звали Оливия Хедж, но Тони всегда называл ее Ви. «Vie» – «жизнь» по-французски. Это было символично. Особенно в последнее время, черт возьми.

Оливию он помнил приблизительно столько же, сколько собственную мать – и знал гораздо дольше, так как матери давно не было в живых. Много лет назад – чертову уйму, если представить, так что лучше не представлять, – отец Тони подыскивал себе новую секретаршу, и Оливия с блеском выдержала суровый отбор.