Конфетка для сурового босса. Судьбу не обмануть

Не представляю, что чувствует мать, когда ей говорят, что ребёнок пропал.

Думаю об этом – и тошно становится. И страшно. За ребёнка.

Так и хочется накричать на неё. За её безалаберность. И устроить допрос: как так вышло?

Но она же не виновата. Если я всё правильно понял…

Ева говорила, что была с папой. Это первое.

А второе… Я заметил, что, когда они вместе, наряжаются в одинаковые цвета. Гармонично так, красиво. Маме не плевать, как одета её дочь, она не покупает вещи по принципу «лишь бы было». Подходит к этому ответственно, хотя я уверен, крохе всё равно.

Что уж говорить… На ней, кажется, осеннее платье.

Отец – вот кто виновник всего этого безобразия.

Взгляд невольно скользит на ладонь Миланы. На безымянном пальце правой руки ничего нет. Не носит кольцо? Официально не в браке?

– Огромное вам спасибо! – слышу громкую и искреннюю благодарность.

Поднимаю взгляд на виноватое лицо воспитательницы. Устремляю в голубые, блестящие от слёз глаза.

Не знаю почему, но я залипаю. Жутко красивые, яркие. Будто смотришь в небо, без единого облачка. Или в чистейшее море. В котором бушует всё то же самое, что я вижу в этих радужках. Самый настоящий вихрь из эмоций. От гнева до безысходности. От неприязни до благодарности.

– Если бы не вы, не знаю, что случилось бы, – мямлит и снова кривит губы от переполнивших её чувств. Вот-вот заплачет. И вроде мне нравится, как это выглядит, но с другой стороны… Грудную клетку сдавливает.

Женские слёзы обычно не вызывают у меня жалости или каких-либо эмоций.

Но эти – заставляют… почувствовать что-то необычное. Новое. И объяснить я это не могу.

Обновление от 04.04

– Завязывай, – грубо осекаю её. – Слезы лить.

Милана растерянно смотрит в мою сторону, шмыгает носом и, обхватив дочку руками, прижимает её к себе. Не отпускает, будто они вот-вот встретились после длительной разлуки.

– Ма, пи-пи.

– Точно, – я ощущаю облегчение от того, что появилась мама крохи. – Она хотела в туалет.

Это меня не касается, но послушать интересно.

Девушка с ребёнком быстро удаляются в уборную. Маленькая кроха возвращается уже счастливая, вприпрыжку. Волосы расчёсаны и собраны в аккуратный хвостик на затылке. Она сама умытая, с чистыми ручками.

А вот мама… Её будто подменили в туалете. До этого взволнованная и плачущая девушка превращается в ту, которая готова убить. Голубые глаза будто потемнели, стали почти синими.