Покорность не для меня

Приникла к силовому полю, чтобы быть ближе к своему единственному источнику информации.

– Как Лойки?

– Все в порядке с этим пацаном. Только по тебе убивается. Гебл говорит, что он все время что-то мастерит. Может, побег тебе готовит, не знаю. Я это, ненадолго. Едва удалось к тебе пробиться. Хочу сказать: жаль, что не получилось. Мальчишки по тебе очень скучают, просят передать, что если что, всегда помогут, чем смогут. Им что-то передать?

– Да, скажи… у меня все в порядке. Пусть не переживают. Сразу как появится возможность, я с ними свяжусь.

– Хорошо.

– Когда торги?

– Скоро. Через три дня. Я действительно хочу помочь, но тебя усиленно охраняют, словно самое ценное сокровище.

– Как же тебе удалось пробраться?

– У меня тоже есть допуск для охраны заключенных, другой вопрос, что тебя рвутся охранять все кому не лень, чтобы взглянуть на необычную узницу.

– Понятно, – я сникла.

– Держись. Когда тебя замуж выдадут, возможно, получится сбежать, и мы все тебе в этом поможем, но, боюсь, тебя выкупит толстосум с хорошей охраной.

Керл ушел. Все печально, но зато теперь я знаю, что Лойки жив и здоров.

Последние три дня моего пребывания в заключении ко мне приходили кудесники – работники салонов красоты. Я и не сопротивлялась манипуляциям этих работников, присланных подготовить меня к торгам – в результате на моем теле нигде, кроме головы, не осталось ни одного волоска, исчезли все синяки, ссадины и даже шрамы – магические приборчики кудесников сейчас и не такое могут, только стоит все это удовольствие дорого и мне для жизни в канализации совершенно не требовалось.

В день торгов мои волосы красиво причесали и уложили, оставив их распущенными, накрасили меня и принесли платье… наподобие моего танцевального костюма – такое же открытое, еще и полупрозрачное, вызывающего красного цвета.

– Что, это такой наряд для невесты? – я даже не удержалась от вопроса, выплыв из состояния апатии, что терзает меня уже несколько дней.

– Да, у вас особый наряд. Так приказал организатор торгов, он всегда знает, как именно лучше продавать невест, особенного государственных, – произнес мальчик, колдующий над моим лицом.

Ла-а-адно.

Макияж мне тоже, кстати, не понравился. Слишком яркий. Ярко-красные губы, сильно подведенные глаза. Зато кудесники были в восторге от моего внешнего вида. Чувствую, как все больше и больше закипаю.