Его обреченная

Его обреченная

Виктория Свободина

Подданные ликуют! Король нашел свою нареченную! Королева обречена! Точнее, обретена. Пора обеспечить страну венценосными наследниками. Как рано? Еще нужно спасти мир? И что, еще кто-то претендует на королеву? Да как он посмел?!

Виктория Свободина

Его обреченная

Глава 1

– Я согласна, – отвечаю дрожащим голосом. Самой не верится, что даю согласие на брак. Я не ожидала, что мне сделают предложение, во всяком случае, не сейчас. Не хотела этого. Но отказывать, да просто сомневаться в этот момент, когда на меня и короля смотрят в ожидании сотни пар глаз, невозможно.

Неуверенно огляделась. В зале громко и томно вздыхают девушки, в их глазах одновременно восторг и зависть. Романтика, судьба, древнее пророчество, настоящий король, сильный и таинственный маг. Да, наверное, со стороны все кажется очень романтичным и красивым. Ожившая в современности древняя сказка.

В глазах продолжает темнеть и кружатся белые мушки. Терред берет мою руку, крепко сжимает ладонь, и становится легче.

Король нежно успокаивающе гладит мои пальцы, раскрывает их. Дернулась. Резкая боль. Не сильная, но жгучая. Это Арвендел нанес порез своим кинжалом на ладони, а потом сделал такой же и себе и после вновь сжал мою руку.

Глаза Терреда засветились. Он заговорил, но я не понимаю ни слова. Это другой язык, но какой, понять не могу. Кровь капает с наших с королем рук вниз, но до пола не долетает, сгорая ярко-красными вспышками еще в воздухе. Это такое обручение? У меня плохое предчувствие, что после этого обручения у меня уже не будет никакой возможности отказаться или отложить саму свадьбу. И плохо, что я не понимаю, что говорит Арвендел, вдруг он там сейчас дает магические не известные мне клятвы, от которых я не смогу уже никогда отказаться.

Меня мелко потряхивает, вновь начинает кружиться голова. Хорошо, что все происходит недолго. Терред замолкает, отпускает мою руку, на которой уже нет и следа от пореза, а затем резко, с силой притягивает к себе, обнимая.

– Спасибо. Уже все, – шепнул король мне на ухо.

– Мы обручены? – тихо спрашиваю, едва шевеля губами. Слова даются с трудом.

– Да.