Сага вереска

Вытащив из воды корабли, они разбили первый лагерь на неизвестной земле, даже не подозревая, до какой степени стосковались по суше! Каждый был готов целовать песок, ведь в глубине души многие боялись, что навечно останутся в царстве морских великанов, если драккары отправятся на дно! Никто еще не ходил так далеко за море, даже Освальд-конунг не видел этих земель!

Вечером под бой барабанов Онн приказал принести в жертву великому Одину и его девам битвы молоденького бычка, специально привезенного на одном из кораблей.

Так он хотел задобрить небесного отца и заслужить его благословение в тех боях, что предстояли им вскорости. Когда бычок упал мертвым под жертвенным ножом, пламя костра, зажженного в честь одноглазого бога, вдруг взметнулось до небес. И Онн радостно улыбнулся: жертва пришлась Одину по вкусу, в битвах их ждет успех!

А с рассветом пошли они дальше, вглубь неведомой новой земли, и довольно скоро набрели на небольшое село, которое без промедления атаковали, ведь им нужны были пища, кров, а заодно и проводники из местных, знающих эти края.

Олаф бился славно, бок о бок со своим братом, который заметил, что старый Хлодвиг-ярл был прав – люди тут не воины вовсе!

В пылу битвы один из молодых викингов-дружинников, натянув тетиву, хотел пустить горящую стрелу в деревянную постройку, где укрылись женщины и дети, но конунг своим тяжелым двуручным мечом вышиб лук из его рук.

– Там женщины и дети! – крикнул Онн. – Эй! Запомните мои слова! Мы не воюем с женщинами и детьми! Ни на этих землях – и нигде больше! Говорю вам в последний раз!

Вдруг седой старик в длинном балахоне, подпоясанном веревкой, бросился ему в ноги.

– Смилуйся! – крикнул он, быстро разобравшись, кто здесь главный. Язык этих земель был отдаленно похож на наречие, на котором говорили и викинги, – эти племена остались от германцев, что высаживались здесь некогда, – и Онн понимал часть его слов.

– Не жгите наши дома! – взмолился старик, сложив руки, – Не отнимайте нашу еду! Хватит того, что вы перебили мужчин!

– Признаете ли вы меня своим господином? – сурово спросил Онн, и старик сначала испуганно заморгал, а после, догадавшись, чего от него хотят, склонился головой до земли.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул конунг. – Оставьте этим людям дома и еду. И похороните убитых. Женщин берите лишь тех, кто пойдет с вами! Силой не уводите!

– А как же наша богатая добыча, брат? – растерянно спросил Олаф, вытирая о землю окровавленный меч.

– Это не добыча.