Академия Костлявой. Не будите в некромантке ведьму!

– НЕМЕДЛЕННО В КАБИНЕТ! – спустя несколько минут нашего бездействия, рявкнул уже непосредственно директор Роттель. Мы одновременно подпрыгнули на месте и, посмотрев на профессора Ромиль, стали ждать ее позволения уйти.

– Идите, не хочу, чтобы наш директор сорвал себе голос, – улыбнулась пожилая женщина с красивыми, акварельно-серыми глазами и самой большой душой, какую я только видела. – Задания я оставлю на столе, придете, заберете.

– ЖИВО Я СКАЗАЛ! – такой мощный крик, что мы сорвались со своих мест и под теплый смех профессора Ромиль, ученики Школы Праха практически вылетели из кабинета.

Надо ли говорить, что до приемной директора мы добрались в рекордные сроки, взлетели по лестницам, поднялись на восьмой этаж и остановились лишь перед столом секретаря, взиравшей на нас с сочувствием? Ее красивые, круглые красные глаза светились даже в полуденный час работы, а намазанные серой помадой губы были плотно сжаты. Эльфийские, чуть вытянутые вверх ушки едва заметно дернулись.

Я привалилась спиной к прохладной, темной, выложенной зачарованным гранитом, стене, пытаясь перевести дыхание после забега по ступенькам, и спросила у Сеф:

– Ч-ч-что… – воздух застрял где-то в горле, и я закашлялась, некрасиво краснея и несильно стуча кулаком по груди.

 – Что случилось? – все-таки сформулировала вопрос, и это был рекорд.

Ненавижу бегать, а бег отвечал мне тем же.

– О, вам понравится! – клыкасто улыбнулась девушка и махнула в сторону двери. – Директор, пришли некроманты, – сообщила она Роттелю.

– Пусть заходят, – прозвучал из небольшого, круглого камня голос магистра и мы, переглянувшись и перекрестившись, направились в сторону дубовой двери, что своим видом пугала многих. Она была красивой, креативной и особенно удалась форма – крышка от гроба. И вот теперь представьте, приходят ученики к директору, а у него вместо двери крышка от гроба. Как думаете, захочется после такого еще раз сюда наведаться? Вот и нам не хотелось.

Но никто нашего мнения не спрашивал, и, поправив порядком вздыбленную после пробежки форму, мы двинулись внутрь дружным строем.

Пусть на практике мы были каждый сам за себя, но когда нас вызывали группой, то мы, надо отметить, шли единым фронтом и подминали под себя всех и вся. Некромантов могут обижать только некроманты, и только из одной группы. Попробуй только пикни на не своего – упокоят и закопают. Таков негласный закон школы.

Дверь за нами захлопнулась со скрежетом и громким хлопком.