Шакал

В этом цербере дури столько, что быка завалит голыми руками, если попросят.

Страшный он тип. Очень страшный. И внешне так особенно.

Зверь в человеческом обличье, никаких человеческих качеств в нем не имеется, и от того осознания становится в разы страшнее и безысходнее, когда он так близко.

Я боялась, что ему взбредёт в голову сделать со мной то же, что те двое делают с несчастной блондинкой.

Но цербер просто стоял напротив и не моргая смотрел. Взглядом своим чёрным, жестоким, звериным буравил, будто дыру сквозную в грудной клетке проделывал.

Мне было не по себе, и это мягко сказано.

И только когда над блондинкой поиздевались вдоволь и бросили ее, изувеченную, обратно в фургон, а нам остальным разрешили одеться и вернуться на прежние места, на душе чуть отлегло.

Меня никто не тронул.

Пока. Надеюсь, что и не тронут.

Глава 7

Я пробую на вкус кровь алого крика

Из чаши ее желаний.

Хочу утопить тебя в твоей же вере.

Хочу увенчать это своей ненавистью,

Хочу сжечь тебя в своей огненной яме…

3Teeth, «Pitoffire».

Привезли нас в какой-то брошенный хутор.

Совершенно глухое и мрачное место, кругом ни души. Ни единого магазина, ни даже намека на цивилизацию.

Участки заросшие, дома разрушенные, под снос все, стены заваленные. Лишь один фермерский участок стоял целый и процветающий посреди всеобщей разрухи.

У хутора все же есть хозяин, он и выкупил здесь всё ради перспектив роста, размышляла я, пока нас завозили на территорию.

Огромная территория, огороженная высоким забором с колючей проволокой, через который не перелезть даже если очень сильно захотеть.

Двор просторный, с немалой россыпью хозяйственных построек, натыканных всюду. Тут и склады с зерном, наверняка набитые битком до самого потолка. И свинарники, и сараи, и конюшни…

Но всего три жилых дома на участке. Один кирпичный, в два этажа, размером с небольшой хостел, другой вытянутый, барачного типа, а третий – то ли летняя кухня, присоединенная к кирпичному, то ли жилая пристройка для персонала.

Ворота на пульте управления, охраны кругом полно.

Куча вооруженных бандитов снуют по двору.

И собак где-то с десяток бегает, начиная с самих ворот. В основном, алабаи и кавказцы.

Псы устрашающе скалились, лаяли на нас, но были к счастью привязаны. Они слушались хозяев, не бросались на нас, когда нас заводили во двор.