Огонь и сталь

Никогда не был и не будет твоим, – Норд проткнул ее ледяным взглядом.

– Да что ты? – она наклонила голову набок, рассматривая его. – Уже мой.

После очередного ее кивка островитяне направились к армии Норда с требованием сдать оружие. Маркус и солдаты приняли боевую стойку, собираясь дать отпор. Руки сжимали рукояти мечей до белых костяшек, а лица побагровели от ярости.

– Напоминаю, каждое ваше необдуманное действие – это рана на теле вашего генерала, а затем и на телах обычных людей, – после этих слов Кассандры громила с ножом, удерживающий Норда, полоснул ему по щеке.

Маркус озабоченно, по-отцовски глянул на все сильнее краснеющий порез на щеке, и его кисть ослабела. Меч вырвали из его хватки, так же поступили и с другими солдатами, отступившими из-за угрозы.

– Касс, а что с людьми Огня? – спросил кто-то из ее банды.

– Они мокрые и беспомощные как котята. Можно даже не надевать кандалы. Оставьте пока их, но не спускайте глаз и держите оружие при себе.

– Дрянь, – прорычал ей Освальд, спиной закрывая Кэрол.

Кассандра лишь хмыкнула и слегка пожала плечами:

– Тяжело, не правда ли, без вашего обожаемого короля? Честно признаться, сама бы я его не одолела. Поэтому Черный Туман изначально гонялся за ним, но прихлопнуть Эйдена сразу и наверняка даже ему оказалось не так просто, и мне пришлось думать по-другому. Пришла гениальная идея с лавиной. Я хотела, чтобы он просто выгорел и потерял силы, чтобы самой уничтожить его.

«Похоже, она ничего не поняла…» – сделал вывод Норд.

Она поправила немного съехавшую корону и развернулась к Норду:

– А с мальчишкой, размахивающим мечом, я бы справилась и сама.

Кассандра еще раз оглядела лисьими глазками происходящее вокруг нее. Она наслаждалась моментом, чувствуя свое превосходство, и вдыхала воздух, как будто он пах чем-то сладким.

– Но знаете, что самое интересное? – неожиданно для всех ее пробило на разговоры и откровения.

«Видимо совсем не с кем было поговорить и не перед кем хвастаться все эти годы», – Норд отхаркнул кровавую слюну громиле под ноги.

– Не только мой малыш, как вы его прозвали Черный Туман, моих рук дело. Это всегда была я. Я и мои предки.

– О чем это она? – пробубнил Освальд Маркусу, хотя глубоко в душе у него и так зрели догадки.