В погоне за мечтой

Стефан зашел в палату, неся поднос с едой.

– Прости сестренка, кухня закрыта, но я кое-что нашел, – он поставил поднос прямо на постель. – На ферме, Наоми откормит тебя, а пока вот, – Стефан открыл йогурт и поднес ложечку к губам.

– Ты решил поиграть в доктора и пациентку? Брат, у тебя скудные эротические фантазии. Придумал, что-нибудь новенькое, что ли, – с улыбкой сказала девушка.

– Это у тебя развращенное сознание. Ешь, давай, – он сунул ложку ей в рот, и Эйслин пришлось проглотить йогурт. Брат скормил ей половину йогурта и яблоко.

Решив, что на вечер этого хватит, он наконец-то позволил ей выпить кофе. – Теперь можешь поспать, да и мне не мешает отдохнуть. Я не сплю уже несколько ночей подряд, – Стефан потянулся и, придвинув кресло к кровати, сел в него, вытянув ноги. Он снова взял ладонь сестры в руку и закрыл глаза. Эйслин следила за спящим братом, замечая и двухдневную щетину, и усталость на лице и мешки под глазами.

– Спи, мой родной, я посторожу твой сон и не позволю чудовищам нарушить твой покой, – тихо сказала девушка, сжимая руку брата.

Утром, приехал Джон и они вместе со Стефаном, загрузив Эйслин в машину, поехали на ферму. Наоми, увидев, в каком состоянии мужчины привезли девушку, тут же начала охать над ней. Эйслин, как и предполагалось, не долго выдержала ее причитания.

– Наоми, ну я же не умираю. Ну, вывихнула плечо, связки повредила, но это же не повод относиться ко мне, как к умирающей, – Эйслин пыталась смягчить тон, но чуткое ухо Наоми сразу услышало в этой фразе агрессивные и раздраженные нотки.

– Молодая леди. Может уже пора оставить свои выходки в прошлом? Сколько раз тебя уже привозили в этот дом в непотребном виде. То подстрелят, то порежут, теперь вот вообще чуть не подорвали. Ни одна твоя вылазка не обходится без серьезного ранения, сколько можно? Пока ты, где-то там, с ненормальными маньяками и извращенцами, мы тут с ума с девочками сходим. Каждый раз я переживаю, что парни привезут мне твой хладный труп, и дай бог, чтобы он хотя бы был целым, – в глазах Наоми девушка увидела слезы и тут же устыдилась своей вспышки гнева.

– Прости меня, Наоми. Я никогда не думала, что вы волнуетесь за меня. С этого дня обещаю вести себя прилично, пока нахожусь на ферме и делать все, что ты скажешь и съедать все, что ты приготовишь, даже если из-за этого мой гипс треснет, не выдержав моего располневшего тела – девушка покаянно улыбнулась и обняла женщину свободной от гипса рукой.