Время жить

– Ты права, – он слегка улыбнулся и встал на ноги. – С первого раза мало что выходит. Всегда нужно много пробовать.

– Значит пробуй. Может, попробуешь сам написать что-то? Я расскажу тебе о своей юности, а ты напишешь.

– Давай.

Василиса рассказала Савелию, как раньше они много сидели на улицах. Особенно бабушка любила дождь, и кататься под дождем на машине. И больше всего хотела стать учителем литературы, но так и не стала. А студент все усердно записывал на какой-то странный лист, вырванный не понятно откуда.

Криво, неумело, но он хотел писать. Будто бабочки порхали в животе. Будто он…влюбился. Влюбился в этот текст.

На следующий день Леша предложил ему встретиться. Встреча назначена была через час, и за это время Савелий запланировал прочитать книгу.

– За час ты её не прочтешь. Это не тот слог, который читается так быстро.

– Почему? – спросил парень, вновь рассматривая переплет.

– Сложно объяснить, нужно прочитать.

Савелий пожал плечами и отложил книгу, пробубнив под нос: «Как все сложно».

Он не хотел, чтобы чтение заняло много времени, потому что душа желала писать. Вчерашний листочек он собрался взять с собой, чтобы показать Леше.

Глава

IV

Когда Леша вернулся в квартиру из кафе, там была только сестра. Бабушка, дедушка, мать и отец куда-то уехали.

– Зайчонок, а где родители? – спросил Романов, заглянув в комнату Алисы.

– Они уехали к дяде Кириллу. Сказали, что вернутся поздно. Ты порисуешь вместе со мной?

– Да, конечно.

Студент сразу выдохнул. Дома намного спокойнее, когда взрослых нет. Он сел рядом с сестрой на второй стул и взял в руки кисть. После встречи с другом настроение почему-то пропало. Леша думал о том, что политика – гиблое дело. И что все поголовно в нем лгут. И о коррупции, и о том, что все за престолом ангельски добрые, помогающие детям, хотя на деле откладывают себе на вертолет. Это для него не было секретом, но сейчас представление о президенте переворачивалось.

Будто он совсем другой человек, а не тот, с кем был знаком Романов. Похожим на него быть не хотелось, но фраза Савелия его задела. Неужели он действительно говорит словами этого ужасного человека?

– Почему ты грустишь? – спросила девочка, рисуя на листе желтый круг.

– М? – Лешу выбивает с собственных мыслей, – Просто день плохой.

– У меня тоже, – вздохнула она.

– Что такое? – забеспокоился старший брат.

– Меня обзывали. Учитель математики.