Троя. История первая

Его трехэтажный особняк с витыми решетками, витражами, фресками, изящными колоннами и позолоченной лепниной вселял зависть в остальных честолюбцев. А чего стоил внутренний дворик в японском стиле с небольшим фонтаном и подсветкой. Не говоря уже о просторной гостиной с открытой верандой, где можно было любоваться видами заснеженных вершин.

Но если другие дворцы и были не столь затейливы, то, по крайней мере, не уступали ему в роскоши. С помощью хитроумных приспособлений и отводов безвестный мастер направил кристальные воды горного ручья к новостройкам, обеспечив их таким образом водой всегда прозрачной и чистой, огромный агрегат нагнетал теплый воздух в помещения, противолавинные устройства обезопасили богов от неприятностей, превратив новый поселок в великолепную, до селе невиданную резиденцию на склонах Олимпа.

Понятно, что для возведения столь чудесных строений потребовались немалые богатства разоренной недавней войной страны. Но Зевс, по неотъемлемому праву победителя считал все богатства земли своими и все живое своею собственностью.

Поэтому он, не мало не стесняясь, выгнал все обнищавшее за время военных действий население Эллады из пещер, где люди пережидали божественные катаклизмы, и заставил всех потрудиться во славу новых олимпийских богов.

Люди подчинились, а что им оставалось?

Грандиозный размах затеянной стройки поражал воображение. Сотни тонн мрамора, природного камня, золота, серебра, прекрасного дерева, да и просто строительного материала ушло на создание этих дворцов.

Однако спустя несколько лет новый квартал уже красовался на склоне горы, всем своим видом радуя глаз. Боги остались довольны.

Казалось бы – стоит расслабиться и наслаждаться жизнью. Но не тут то было. Похоже, что всему виной неуемная жажда чего-то нового, что вызвало бы всплеск адреналина, заставило переживать остро, каждой клеточкой напряженных нервов, испытать опасность и вопреки всему выиграть.

Именно это, в конечном счете, послужило истинной причиной неудавшегося восстания богов. А поводом, как известно, явилось высокомерие зазнавшегося Зевса.