Король-убийца

Изумруд на указательном пальце походил на клубок змей.

За тётей короля шли другие члены высокородной династии: лорд Норд, леди Нора, эрцгерцог Иувеналий, лорд Джеральд, леди Ревмира и леди Янина. Все, кроме принцессы, облачились в голубые наряды.

Колды заняли место по правую сторону трона. Король выступил вперёд, и глашатай объявил:

– Внимание! Правитель мира Вальтэриан Колд!

– Леди и лорды, мы собрались, чтобы отметить приезд моей невесты леди Астрид Мейрак, – провозгласил король.

Присутствующие обратили внимание на правительницу королевства людей.

Астрид надменно улыбнулась. Она почувствовала себя королевой и не заметила сочувственные взгляды некоторых придворных. Они без слов говорили: «Ты очередная игрушка избалованного короля. Он тебя сломает, как предыдущих кукол».

– Поднимем бокалы за прекрасную гостью! – воскликнул лорд Джеральд Колд, проигнорировав недовольный взгляд Вальтэриана и жены.

Маги взяли бокалы с ледяных столов и осушили. Король сделал вид, что выпил и продолжил:

– Объявляю бал открытым.

Развлекайтесь!

Подданные поклонились. Вальтэриан сел на трон и принялся наблюдать за празднеством. Его взгляд мельком пробежался по советникам-магистрам в мантиях и колпаках и остановился на Астрид Мейрак, одетой в голубое платье цвета династии Колд. Король усмехнулся: «Мне будет приятно ломать тело и душу человеческой девке, возомнившей себя ровней мне. Хотя она безнравственное людское отродье с неразвитой душой и непомерными амбициями».

Представив, как будет мучить невесту, Вальтэриан перевёл взгляд на Беатрису, одетую в кроваво-красное платье со шлейфом.

Длинные волосы свободно струились по её плечам, очерчивая стройную фигуру. «Превратить обычное платье в это великолепие достаточно просто, – рассудил король. – Но обдумать всё до детали может только обладатель отменного вкуса».

Вальтэриану понравился наряд бывшей любовницы. Хотя больше его интересовали изгибы её молодого тела. Он желал увидеть их ближе. Вспомнить наслаждение, которое получал благодаря стараниям Беатрисы.

Она чувствовала на себе томный, затуманенный страстью взгляд Вальтэриана. Но не реагировала. Ведьма продолжала разговаривать с Яниной и Леонилой. Ни единой эмоции не отражалось на её лице, хотя мысли Беатрисы были лишь о прожигающих голубых глазах.

Еликонида заметила, что взгляд племянника непозволительно долго задержался на ведьме, и загородила обзор. Вальтэриан раздосадованно клацнул зубами.

После пира начались танцы.