Гибель короля

 – Ни один артефакт не стоит раздора.

– Жезл принадлежит мне, – настаивал Кастор.

– Давай в битве выясним, на чьей стороне Создатель? – предложил проповедник.

– Навь запрещает драться, – напомнила Ликея.

– Речь о сражении с пороками души, – пояснил Шератан. – Вдали от обители есть место, сокрытое туманами. Знающие называют его Тайлос. Туда приходят врущие, чтобы проверить, сильна ли их вера. Кто первым справится с испытаниями, тот заберёт жезл.

– Согласен, – кивнул Высший жрец. – Да пребудет с нами Создатель, ибо он мудр и уже указал на избранного.

– Не хорохорься, – посоветовал проповедник. – Завтрашний день покажет, кто избранный, а кто превратил культ Нави в культ самого себя.

– Всё выяснится, – понял намёк Кастор. – Взойдёт солнце и осветит лучами достойнейшего.

– Оно светит для всех, – придрался Шератан.

Высший жрец хмыкнул и отправился на церемонию похорон Даниэля. Собратья молча последовали за ним.

В низине холма, на котором возвышалась обитель, стоял склеп.

Десятки каменных горгулий громоздились на крыше. Снаружи стены обвивал плющ, внутри – паутина.

В склепе хранились стеклянные капсулы овальной формы. В них покоились навьяны, посвятившие жизнь служению Нави. Поверх капсул лежали покрывала с вышитым глазом.

– Правда, что покойные не разлагаются? – полюбопытствовал Коготь.

– Да, – подтвердил Кастор. – Они облиты маслами со смолой. Органы их удалены. Прихожане видят в этом чудо, которого нет. Но мы не спешим разочаровывать их.

Чудеса, пусть и мнимые, способствуют пополнению наших рядов.

– Жрецы Четырёх Стихий делают нечто похожее, – ухмыльнулась Ликея. – Раз в год они выставляют в храме гроб с неразложившимся телом Зория Светлого и убеждают, что пребывание вблизи него исцеляет.

– Мертвецы должны разлагаться, соединяясь с одной из Четырёх Стихий, а не пылиться в капсуле, – пробормотал Коготь.

Собратья не расслышали. Они взялись за руки, став вокруг тела исповедника, и прошептали:

– Да примет душу сына своего Даниэля в объятия Создатель.

Да не украдут её силы тёмные, да не помешают ей стать единой со вселенной. Именем Создателя, пусть душа Даниля Данброского обретёт покой в вечности!

Коготь присоединился к молитве. Высший жрец приоткрыл капсулу. Из щели вылетела душа Даниэля, похожая на белый сгусток света, и устремилась к солнцу. Она растворилась, соединившись с Создателем – энергией, из которой соткан мир.

– Ушёл, – сдавленно молвил Кастор.