Новогодний маджонг. Соединяя пары

– Я готов хоть тысячу, – радостно заметил Вова и тихонько добавил: – И столько же раз признаваться тебе в любви.

– А если пройдет время, и ты поймешь, что заблуждался? Что тогда?

– Рита, я уверен в себе. И точно знаю, что наконец нашел вторую половинку, – отрезал Молоканов. – А что тревожит тебя?

– Не знаю. Все происходит как по волшебству, – прошептала Маргарита.

– Новый год, – фыркнул Вова. – Все! Мы договорились! Если ты передумаешь, я лягу на коврике возле твоей двери и никуда не уйду. Перестану пить и есть.

Маргарита тут же представила Молоканова, лежащего на лестничной площадке в кашемировом пальто и грустно взирающего на ее дверь, и расхохоталась.

– Володя, я этого не допущу! – серьезным тоном заверила она.

– То-то же! – провозгласил Владимир Петрович и припал к губам любимой.

– Что ты со мной делаешь, Ритка? – пробормотал он, оглаживая ее по бедру. Молоканов хотел еще что-то добавить, но зазвенел сотовой. И Вова дернулся. Играла мелодия его звонка.

– Мой телефон. – И не ошиблась.

– У нас и музыка на телефонах одинаковая, – вынес вердикт Молоканов.

– Конечно, – усмехнулась Маргарита. – Это точно повод, чтобы пожениться.

– Как вариант, – кивнул Вова. Он наблюдал, как она оглядывает студию в поисках мобильника. Затем подхватился и подошел к вешалке. Сквозь стеганную ткань нащупал вибрирующий прямоугольник и вместе с пальто принес телефон Маргарите.

– Спасибо, – кивнула она, аккуратно, одной рукой, выуживая аппарат из кармана.

Вова мимоходом забрал у нее ребенка и понес его к елке, заведомо отвлекая от матери блестящими шарами и мигающими лампочками. Ритка подошла к барной стойке и облокотилась на нее.

– Ты пришел в гости? Зачем? – искренне удивилась Маргарита. – Нет, я сегодня не вернусь. И завтра тоже. Рома, мы не в гостях. И не у родителей. Я у мужа. Нет, не с Антоном.

Рита долго слушала, как верещит трубка, а потом спокойно заметила:

– Ромочка, тебе нечего беспокоиться о моей личной жизни.

– Кто это? – напрягся Молоканов, аккуратно убирая настойчивую Санькину ручонку от елочной игрушки.

– Бэрримор, – поморщилась Маргарита и добавила: – Рома Дворецкий, мы в музее с ним вместе работали. Я рассказывала тебе.

– И часто он к тебе в гости захаживает? – вскинулся Владимир Петрович. Ему явно не понравился звонок ухажера.

– Раньше вообще не приходил.