Новогодний маджонг. Соединяя пары

Она смотрела, как он, вжав шею в плечи, рванул под навес. Потом остановился на минуту, отряхнул тающий снег с мокрой лысины и быстро скрылся в автоматически открывающихся дверях.

Надежда вытянула телефон из сумочки и собралась позвонить Ритке. Нужно предупредить о подозрениях Хоппера. Она даже открыла подружкин контакт и посмотрела на него внимательно. Но потом остановила сама себя.

«А вдруг у Дьяконова прослушка в машине? – дернулась Надежда. – Потом костей не соберем. Ни я, ни Ритка, ни Молоканов».

Она увидела мужа, спешащего обратно с пакетами, и поняла, что поговорить с Анюткой наедине не удастся.

Большой дом красного кирпича понравился Надежде с первого взгляда. Дьяконов въехал во двор и, затормозив, предупредил:

– Погоди, я сейчас!

Потом обошел вокруг машины и, подхватив жену на руки, направился к высокому крыльцу со ступеньками и коваными перилами. Но поскользнулся и вместе с драгоценной ношей угодил в сугроб. Дьяконов, мысленно чертыхаясь, решил, что сейчас его жена, как любая другая баба, закричит и устроит истерику, что ее окунули в снег.

– Смотри, крылья ангела! – радостно закричала она и принялась водить руками вверх-вниз.

Дьяконов подполз к ней и, обняв, поцеловал.

– Ты сама как ангел, – рассмеялся он.

– Ну, держись, – захохотала Одинцова и, откатившись, встала на колени и, слепив снежок, бросила в мужа.

Дьяконов в долгу не остался. И вскоре они носились вокруг дома друг за другом, словно дошкольники.

Надежда отбегала в сторону и с безопасного расстояния швыряла в Михаила снежками. Она раскраснелась, волосы мокрыми прядками свисали на лицо. Одинцова остановилась и попыталась убрать за ухо скопище сосулек, бывших когда-то длинной косой челкой. Безуспешно. Она снова заправила мокрые волосы за ухо. Ни заколки, ни резинки. Какая жалость! Кто ж знал, что они с Хоппером так завозятся в снегу. Надька не услышала движения сзади и даже не увидела тень, когда Дьяконов подхватил ее на руки и, перекинув через плечо вниз головой, понес в дом.

– Все, Надюшка, нагулялась, – хмыкнул Михаил. – Пора домой.

Одинцова не поняла, имел ли муженек в виду ситуацию в целом или только возню в снегу. Но спорить, когда висишь вниз головой и твое лицо находится в районе Дьяконовской поясницы, оказалось затруднительно.