Харизма

Но стоит отдать этим подонкам должное: тогда тоже хватало подводных камней.

– То есть не надо и пытаться?

Я пожала плечами:

– Почему же? Стойте твердо на земле и не сдавайтесь.

На его щеке была родинка, глаза – светло-голубые, как два аквамарина, плюс белый цвет с голливудским шиком оттеняет бархатистую смуглость его кожи. Я не хожу ни в какие солярии, я смуглая от природы, так что, пожалуй, мне тоже идет белый, но я редко проверяю это на практике.

Манго улыбнулся. Это была та улыбка, которую я наблюдала на его лице в лучшем случае три раза в неделю.

– Спасибо, Харизма, приятно слышать от вас ободряющие слова.

Я мысленно прокрутила фразу: «Приятно слышать от вас ободряющие слова» и невольно передернула плечами. Повтори Манго эту фразу еще хоть раз, и у меня кровь из ушей пойдет.

Я вновь глянула на часы:

– Не хочу показаться грубой, но мне действительно пора.

Он выставил руки ладонями вперед; ладони были неестественно белыми на фоне всего этого загорелого произведения искусства, хотя все же не такими белыми, как зубы.

– Конечно, конечно! Спасибо, что уделили мне минутку.

А вот это уже напускное, спасибо-пожалуйста.

Я обернулась и, глядя на Манго снизу вверх, сказала:

– Ясно. Вы никому не говорили.

Манго прикусил губу и сглотнул – достаточно громко, чтобы я услышала.

– Если в Клубе узнают, меня уволят.

Мой тренер смотрел на меня, как ребенок, узнавший, что Зубной Феи не существует; как старик, пытающийся смириться с мыслью, что заседание (читай – попойка) местного клуба шашек переносится.

Черт, такими темпами я отсюда никогда не уйду. Бесплатная консультация для бронзового Аполлона: бесстрашного, когда речь идет о вонючей белковой бурде в стакане, но до чертиков напуганного, как бы кто не узнал о горько-сладкой начинке под всей этой глыбой мышц.

Я закатила глаза:

– Да, дерьмо не ново, страх людей перед неизведанным, бла-бла-бла. Манго, насколько ярки ваши видения?

Чем сильнее чтец, тем больше боли причиняет процесс чтения.

Словно ваш череп вдруг становится стеклянным, и на стенках начинают вспыхивать цветные, до рези в глазах четкие картинки. Мозг будто заливают горячим вязким бульоном, в который вместо жирного мяса и костей добавили прошлое и настоящее человека. Человека, о котором одним прикосновением вы узнаете все, я имею в виду, буквально все – больше, чем вы можете себе представить. Я просто знаю, о чем говорю.

– Достаточно яркие.