Няня поневоле

Чувствую, как теплые струи уверенно колотят по спине. Пока Марк спит, у меня есть время расслабиться и подумать. Жанка-стерва не отвечает. Сколько я ей пишу, звоню. Бесполезно! Загулялась моя красавица! Забыла обо всем. А тут сын растет без матери. Сергей Алексеевич, конечно, своего сына всем обеспечивает, а я дарю маленькому человечку всю свою нерастраченную любовь. Но этого мало… Ему обязательно нужна мама.

Хотя… если сбежала и оставила ребенка отцу, какой с нее толк!

Подставляю голову под душ. Кайфую, ощущая, как теплая вода стекает по волосам.

И уже собираюсь взять шампунь и помыть голову, когда из приоткрытой двери раздается плач. Сначала тонкий и жалобный, еле различимый из-за шума воды, а потом громкий и требовательный.

Как ужаленная, выскакиваю из кабины, на ходу выжимая косы и скручивая их в тугой узел. Заворачиваюсь в полотенце и чувствую, как вдоль позвоночника стекает вода. Противно, но переживу. Несусь к ребенку, пытаясь понять, что именно могло его так потревожить. Подхватываю на руки, стараясь успокоить.

– Марк, солнышко, – шепчу, прижимая к себе.

А он кричит во всю силу маленьких легких, не умолкая ни на секунду. Укладываю его на пеленальный стол и осторожно ощупываю вздутый животик.

– Сейчас, мой маленький… Сейчас, – шепчу, силясь не разреветься.

Слышу, как сзади распахивается дверь, и сжимаюсь от грозного окрика Назарета.

– Что вы с ним сделали?

«За задницу укусила! – так и хочется огрызнуться. Но держу язык за зубами. Не время для сарказма и шуток.

Повернувшись к Сергею, говорю тихо, но уверенно.

– Газики мучают. У мальчиков такое не редкость.

– Вызовите врача, – рыкает Назарет, намереваясь уйти.

Ага, щаз! Если уж оказался поблизости, папочка, сейчас мы тебя с Марком припашем.

– Подождите, – окликаю настойчиво. – Врач откажется ехать. А вы могли бы помочь…

– Что еще? Сами не справляетесь, зовите специалиста…

– Подержите Марка, а я пока разведу лекарство. Он выпьет, и станет легче.

– А раньше вы его развести не могли? – бурчит недовольно.

С тяжким вздохом берет ребенка из моих рук. И тут же пытается всучить его мне.

– Он брыкается. Я не удержу, – заявляет, передавая мне сына. Чувствую, как взгляд Назарета из тревожного становится заинтересованным. Ощущаю, как жадные глаза скользят по накинутому полотенцу и мокрым волосам. В таком случае лучше прикрыться… Марком!

Забираю малыша у непутевого папаши и командую.

– На полочке в шкафу флакончик с розовой этикеткой.