Восточная сказка

И отец, словно спохватившись, повязывает вокруг моей талии красную атласную ленту.

– Будь счастлива, Амина.

Через открытые двери я гляжу на распахнутые ворота. Замечаю тысячи роз в огромных вазах. Но эта красота не трогает меня.

Слышу, как визжат тормоза. Хлопают дверцы машины. Вся эта суета не похожа на свадебную. Что-то идет не по сценарию. К своему ужасу вижу, как во двор влетает взбешенный жених. Несется по ступенькам в дом. И даже отталкивает моих братьев, решивших заступить ему дорогу.

– Что случилось, мой дорогой? – делает шаг к Айрату отец.

 – Что так расстроило тебя?

– Вот, полюбуйся, – рыкает Айрат, кидая в отца телефон. – Пока я к вам ехал, добрые люди прислали.

– Что там? – подает голос испуганная Нур. – Покажи мне, Мурат.

– Заткнись, женщина, – коротко бросает отец и смотрит на меня потемневшим взглядом. – Как ты могла, Амина?! Опозорила семью, дрянь…

– Я ничего не понимаю, – шепчу я, цепенея от ужаса.

– Да ну? – криво усмехается Айрат. – Ты такая невинная, Амина. Аж прикоснуться страшно! Смотри внимательно, стерва! Думала, я ничего не узнаю!

Выхватив из рук отца свой айфон, Айрат тычет мне экраном в лицо.

Дергает за шею, не давая возможности отвернуться.

– Это не я, – лепечу, мельком глянув на фотку, где девица с моим лицом в одних трусиках лежит на кровати. А на следующей фотке уже и без белья. Позор! Действительно, несмываемый позор! – Это не я, – повторяю в отчаянии.

– А это? – ухмыляется Айрат, листая снимки в галерее. – Это не ты, куколка?

Тупо пялюсь в айфон и от ужаса готова провалиться сквозь землю.

На узкой аллейке, ведущей к нашему дому от магазина Аиши, стоим мы с Тимуром и, взявшись за руки, жадно смотрим друг на друга.

Харам! Помоги мне, Аллах!

Заливаюсь краской, тем самым дав своим врагам думать обо мне плохо. Ужасно плохо.

Тяжелый удар приходится по голове. У меня темнеет в глазах. Не убежать, не сориентироваться в пространстве. Тумаки летят отовсюду. Я кричу, прошу остановиться. Умоляю отца защитить. Но куда там! Он сам бьет наотмашь.

Затем еще несколько сильных ударов сбивают меня с ног. Прикрываю лицо и голову руками. Но бесполезно. По ребрам и голове стучат носки туфель. А затем кто-то наклоняется и, схватив меня за волосы, со всей силы припечатывает об мраморный пол. Айрат.

«Он убьет меня», – проносится в голове, прежде чем сознание покидает меня.

Я прихожу в себя в госпитале и не сразу понимаю, где нахожусь. Рядом со мной в кресле сидит как истукан бабушка Зарема.