Восточная сказка

– У мужика морда знакомая, – не таясь, смеется третья. – Кажется, это какой-то известный борец…

Напрягаюсь, боясь выдать себя.

«Папа с дочкой! Ну, надо же!»

Хотя, если разобраться, Айрат и отец почти ровесники. Во всяком случае, разница в годах меньше, чем у меня с женихом. Отцу тридцать восемь, Айрату – тридцать, а мне – всего лишь восемнадцать.

– О чем они говорили? – спрашивает Айрат, как только мы садимся в Мерседес.

– Кто? – непонимающе гляжу я.

– Те шлюхи на набережной…

– Какие?

– Амина, не выводи меня, – угрожающе предупреждает жених.

– Я не понимаю, Айрат, – шепчу я, опустив голову. И внезапно начинаю плакать.

– О, Аллах! – воздевает он руки к небу. А когда Мерседес вливается в поток машин, давит на клаксон и педаль газа, требуя пропустить. Всю дорогу до дома Айрат гонит, как ненормальный. И проводив меня до порога квартиры, молча кивает отцу и уходит прочь.

– Что это с ним? – изумленно спрашивает отец. – Айрат сам на себя не похож.

– Не знаю, – шепчу я, заходя в комнату, где в кресле возлежит Нур.

 – Я расплакалась дорогой, а он рассердился.

– Мой брат терпеть не может женских слез, – подает она голос. – Имей это в виду, Амина! Я забыла тебя предупредить.

– Хорошо, – киваю и, нырнув в свою комнату, ничком падаю на кровать. Никому и дела нет, почему я плакала. Будто все уже решено, и Айрат мой муж перед Аллахом.

Утираю глаза, пытаясь успокоиться. По большому счету я для своей родни никакого интереса не представляю. Наверняка и отцу выгоден этот брак.

Про Нур уже молчу.

Если б я могла хоть с кем-то поделиться своими страхами! Может, это паника перед свадьбой, а может, предчувствие чего-то недоброго. На автомате лезу в чемодан и, выудив с самого дна смартфон, гляжу на непрочитанные сообщения.

Тимур!

Вот не понимает человек парень слов. Открываю Телеграм, собираясь написать любимому строгое письмо, и немею от ужаса.

«Будь осторожна с Айратом. Говорят, он убил человека!»

Глава 3

В ночь хны любая невеста просто обязана выжать из себя хотя бы слезинку.

Но я реву без остановки. Это единственное место и время, когда можно дать волю чувствам, и никто ничего не спросит. С того самого дня, как мы вернулись из Москвы, я несколько раз пыталась поговорить с отцом. Но он непреклонен.

– Просто ты паникуешь перед свадьбой, – отмахивается, глядя на меня недовольно. – Айрат – близкий нам человек. Член семьи. Брат моей Нур. Ты будешь с ним счастлива, дочка.

Киваю и ухожу прочь.