Спору нет!

Угрожала судом и полицией.

– Ты с ней беседовал? – напряженно уточнил Костик. – Когда? – Он даже остановился посредине улицы и уставился на младшего брата с немым укором.

– Хотел познакомиться поближе, – хмыкнул Денис. – Но она меня узнала.

– Хорошо подготовилась, сволочь, – гневно сплюнул на землю старший брат.

– Не очень-то заводись, – предупредил Денис. – Она все-таки женщина…

– Немного проучил, но это на пользу. Может, станет чуть сговорчивей, – наигранно рассмеялся Костик. – Это ты у нас, малыш, в белых перчатках.

А придет старший брат и вынесет за тебя гуано.

– Очень тебя прошу, не трогай ее больше. У нее ребенок маленький. Давай действовать законными методами.

– Понравилась кралечка? Очаровала? – поинтересовался брат язвительно.

– Нет, просто она во многом права. Мы все забросили деда. Вот ты когда его в последний раз навещал?

– Малыш, малыш, ну какая разница. Я не смог, ты уезжал, мать ходила или Юлька. Ты пойми, эта ехидна хочет нас перессорить между собой. Если все факты сопоставить, то выяснится, что дед вообще без внимания ни дня не оставался.

Я больше чем уверен, что все обстоит именно так.

– А как тогда объяснить, что для нас его женитьба стала сюрпризом?

– Ее интриги, что же еще? Прошу тебя, не заморачивайся на бабуле! Отобрать у нее квартиру и выйти чистеньким все равно не удастся! Придется запачкать свой белый макинтош!

Денис во все глаза уставился на брата, стоявшего посреди улицы. Костик громко возмущался и размахивал руками, распугивая последних прохожих, спешащих домой в столь поздний час.

Из-за угла показалась поливальная машина, бодрой струей расчищающая дорогу от дневного мусора. Большая часть грязи смывалась в ливневку, а малая доля оседала на тротуар слякотным дождем, создавая мелкие лужицы.

Денис попробовал предупредить брата, но Костик лишь отмахнулся от него.

– Тебе меня не переспорить, малыш! – оборвал он младшего брата. А следом пресек попытку взять за рукав. Сзади посигналили. Видимо, водитель поливалки оказался адекватным человеком.

Но Костик вошел в раж. Он что-то кричал о мерзкой бабуле. О том, что сам переспит с ней, а потом задушит.

– Да, это грязь, малыш, – назидательно повторил он младшему брату, отошедшему немного в сторону. – Я знаю, что говорю!

В этот момент водитель поливальной машины дал по газам, да еще прибавил напор струи, обливая старшего Цесаркина с ног до головы, предварительно обрызгав мелкодисперсной, словно аэрозоль, грязью.