Его единственная

– При разводе может всплыть всякое, – недовольно пробурчал Яныч. – Ты же понимаешь, святая наша, как только станет известно о сожительстве моего отца и Юльки с твоего полного согласия, то ни одна светская курица с тобой не поздоровается. Тусовка навсегда закроет двери перед твоим носом.

– Но этого же можно избежать… – проблеяла Люся. – Если мы все придержим язык за зубами…

– А зачем это мне? – хмыкнул Яныч, отталкивая ее. – Когда все полетит к чертям собачьим, я первым пойду к Малахову и там расскажу о твоих шашнях.

– Ты не посмеешь! – вскрикнула она. – Я старалась и для тебя тоже. Твой отец выгнал бы меня и женился во второй раз. Да, я очень боялась этого! И когда Юля вернулась, молила бога, чтобы они с Валерой договорились. Да, все эти годы я закрывала глаза на его шашни. Он вечером уходил к ней в спальню или вызывал ее к себе в кабинет. Но твоя выгода от этой связи тоже очевидна, мой дорогой! – скривилась она в безобразной ухмылке. – Будь все как у людей и женись твой отец на левой телке, еще неизвестно, сколько бы тебе отломилось в случае его смерти! Никто не знает, как бы сложилась судьба компании, если там вместо Юльки сидела бы тупая чика!

– Я не спорю, Люся, – криво усмехнулся Яныч.

 – Только теперь пора наладить новые отношения. Старый фундамент годный и всех устраивает. Вот и убеди мою жену, что другого выхода нет. Тебе же удалось уложить ее в койку к мужику на тридцать с лишним лет старше. Значит, получится еще раз. Тем более что мы с ней почти ровесники, – заржал он, выходя из комнаты.  – Да, – остановился на пороге. – Передай моей любимой жене, Люся, что я согласен похудеть немного, а все эти новомодные штучки пусть испробует на себе. Понятно?

– Да, – кивнула она, глядя ему прямо в лицо. – Но ты сам дров наломал, дружок, – усмехнулась недобро. – Кто тебя просил вываливать всю правду! Как слон в посудной лавке, честное слово! Наплел бы с три короба, глядишь, Юлька бы растаяла…

– Твоя дочь сделана из железобетона, а он не тает, – хмыкнул Яныч. – Но не зря меня друзья зовут Кувалдой.

Я ее обломаю, Люся, если она не поймет по-хорошему, – прорычал он, уходя…

«Нужно что-то делать! – вопила чуйка. – Удрать, бросив все! Взять Димку и бежать, – пронеслось в голове, и Юля поняла, что ее затапливает мощная волна паники. – Только не этот урод, – выдохнула она в отчаянии. – Завтра же возьму отпуск и уеду с сыном. Но вот куда? – попыталась сообразить она, а зайдя в свою гостиную, велела сидевшей на стульчике прислуге.