Его единственная

Ты с его начальником дружишь.

– А… – не поняла Юлька и, догадавшись, что речь идет об Александре, захихикала в кулачок.

– Поспи, – снова предложил Крепс. – Сюда никто не войдет. Я не позволю. А ближе к Ростову мы парнишек отвлечем немного. Ну, там, документы у них проверят, билеты… Главное – их нейтрализовать на время.

– А сам не можешь? – ехидно улыбнулась она.

– Могу. Мне этот сброд не страшен. Только вот боюсь сына напугать. Мне еще с ним познакомиться поближе надо. И подружиться. Ты позволишь?

– Конечно, – слабо улыбнулась Юлька.

– Это все твоя заслуга, – пробурчал Крепс. – Мне, наверное, придется Янычу ценный подарок отправить. Ну, там, наградной пистолет или бюст маршала Буденного…

Юлька зажала рот, силясь не рассмеяться.

– У него есть оружие, – грустно пробурчала она. – Яныч – охотник. И для хранения охотничьих ружей отведена целая комната. А вот насчет пистолетов не уверена.

– Зачем ты за него замуж выходила? – в сердцах крякнул Блинников и, рывком поднимаясь на ноги, заметил выражение беспросветной печали на лице сгорбившейся и несчастной женщины.

«Показалось мне, что ли? – сжал челюсти Крепс. – Какая-то она странная, эта Юля. Ну да ладно… Разберемся!»

Он снова уселся за столик и внимательно глянул на экран телефона. От матери опять пришло длинное сообщение о том, как она всю жизнь отдала детям. «А ты, Дима…»

«Теперь у нашей шарманки появился новый мотивчик, – вздохнул он и, пренебрегая маминым посланием, отправил сообщение Беку.

– Тут засада, бать, – написал поспешно. – Нужно нейтрализовать пацанов, оккупировавших Юлькино купе.

– Я им в Воронеже наряд пришлю. Уже работаем над этим, – сразу ответил Кирсанов и резво сбежал из сети.

«Вот же жук, – снова задумался Блинников. – Все знает, везде свой нос засунул и сам мне билет купил. Заботливый наш, – усмехнулся Крепс и совершенно отчетливо понял, что даже если он и попал в этот поезд из-за Юли и сына, то Бек постарался вовсю.

Димка всмотрелся в окно, неожиданно вспоминая ворчание врачей, приходивших к нему после консилиумов.

– Этот ваш Кирсанов… – бубнили более молодые и несдержанные. А старички лишь улыбались, будто знали великие тайны, и вовсю восхваляли генерала.