Его единственная

– Мне расскажешь?

– Подумаю…

Отложив телефон на стол, Крепс невидящим взглядом всмотрелся в окно. Постарался взять себя в руки. Но по всему выходило, что Бек решил совместить приятное с полезным.

«Видимо, пообещал жене молчать, – криво усмехнулся Блинников. – Стратег хренов».

Крепс еле сдерживался. Так хотелось сгонять к проводнице за кипятком, а потом над горячим стаканом подержать Кирсановскую бандероль.

«Нет, – мотнул головой Блинников. – Если бы шеф хотел, отдал бы незапечатанным. А так… только позориться».

Он снова посмотрел на вихрастую голову сына. Ребенок, прижавшись к матери, повозился немного и уснул, оставив на столе машинку и конструктор лего.

– Юля, – прошептал Крепс. – Я выйду на минуту. Дверь запру.

Она приподнялась на локте и напряженно уставилась на него.

– Купе ваше проверю. Может, ты что-то забыла…

Она кивнула и снова улеглась рядом с сыном. Закрыла глаза, но даже от двери Крепс видел, как напряжена бывшая любовница, чувствовал, что она на взводе.

«Ничего не понимаю, – раздосадованно пробурчал он.

Крепс шагнул в соседнее купе. Заметил машинку, одиноко лежавшую на кресле, и шаль, болтавшуюся на вешалке. По большому счету, забирать что-то сейчас было бессмысленно и даже опасно.

«А вдруг Димка вспомнит именно про этот вездеход, – запричитал он про себя. – Расплачется… И не объяснить же мальцу!»

Быстрым движением Крепс схватил то и другое и, ведомый собственным звериным чутьем, заскочил к себе.

– Маша – растеряша, – улыбнулся он Юльке и в этот самый момент услышал, как в вагон вошли, переговариваясь, люди, а затем и в Юлькино купе кто-то отворил дверь.

– Коля, – рявкнули басом неподалеку. – Ну, мы на месте уже. Весь поезд обшарили, их нигде нет. Сидим в купе. Ждем. Да не знаю я, где она шарахается. Но если на перрон не выходила, должна быть в поезде. Ага, проверим на остановке… Да не волнуйся ты, поймаем. Так Валерьичу и передай, – захохотал мужик совсем рядом.

Юля встрепенулась и, усевшись на постели, встревоженно посмотрела на Крепса.

– Как же мы выйдем, если они с нами едут? – прошептала она чуть слышно. – Мне страшно, Дима…

«Твою мать, – хотелось выругаться ему. – На что ты вообще рассчитывала?!»

– Не бойся, – проговорил он одними губами. – Все под контролем. Мы выйдем, они не заметят, – усмехнулся лукаво. – Ты под защитой «Секиры», Юль, – заявил тихо, но решительно. – Эти мальчики – сосунки по сравнению со мной.