Белый шум

 – Ты сильно удивишься, но Кристина мне ничего не сообщала, и денег я ей для тебя не передавал и на медицинских манипуляциях не настаивал. Я просто ничего не знал. Понимаешь?

– Нет, даже поверить не могу, – скривилась Элла и расплакалась. – Такими вещами не шутят. Она не могла так со мной поступить.

– Много ты понимаешь, – рыкнул Казаринов. – Раз поступила, значит, смогла. Я бы ей сейчас голову лично оторвал… Он осекся, вспомнив свои ночные расследования. – Как вы познакомились?

– Тренировались у Петры, это тренер Яна Петренко, участвовали в соревнованиях.

– Розамунда? Бэнкси? – осторожно уточнил Владислав.

– Да, – кивнула Элла. – Еще Люда Стрюкова – Стрючок.

– А я, честно говоря, подумал, что Стрючком Кристина называла Вадима, бывшего мужа.

– Нет, – впервые за всю беседу улыбнулась Элла. И даже похорошела от этой улыбки. Казаринову захотелось просто обнять ее и поцеловать, без всяких намеков на продолжение.

– А кто такой Леонид, знаешь? – осведомился Влад. – Часто это имя попадается в Кристинкиных записях.

– Нет, – крутанула головой Элла.

– Если вспомнишь, скажи, – добродушно попросил Казаринов. – Я никак не могу вычислить этого типа.

– При мне он точно не появлялся. Мы же только на тренировках с Кристиной встречались.

– А что за тренировки? – осведомился он, понимая, как мало знал о жизни сестры.

– Силовые танцы около шеста. Полл-денс называются, – спокойно объяснила Элла.

– У шеста? Ты? Танцевала у шеста? – Казаринов, ощутив прилив негодования, вскочил и заметался по комнате. – Странно, ты же не похожа на стриптизершу.

– А кто говорит про стриптиз? – вскинулась Элла. – Полл-денс уже давно считается официальным видом спорта. Это микс акробатики, силовой атлетики и хореографии. Проводятся специальные соревнования!

– А моя сестра? – холодно уточнил Влад.

– Кристина была нашим капитаном, – пробормотала Элла. – Она до последнего занималась полл-дэнсом.

– А все эти тряпки с блестками, сапоги на огроменных каблуках? Это тоже спорт? – все еще не веря, осведомился Казаринов.

– Да, – кивнула Элла. – Если не жалко, отдай девчонкам, пожалуйста, – попросила она. – Им будет приятно сохранить что-нибудь на память.