Серебро и сталь

– Миледи, а что с лордом Карпером и его женой? – боязливо поинтересовалась Натали, наклоняясь и пытаясь взглянуть в лицо госпожи. Та отвела взгляд.

– Анабеллу я убила, – произнесла Кристина таким тоном, будто говорила о добытых на охоте трофеях. – А Джонат сбежал. Мы договорились драться до смерти…

– Как вы, миледи? – Натали присела на подлокотник кресла и приобняла её за плечи. – Вас ранили?

– Да. То есть нет.

Пожалуй, она не о душевных ранах спрашивает. Кровь на Кристине была – но не её, чужая.

Немного болели ноги и правое запястье. Но это совсем несерьёзно – куда страшнее сам её поступок. Господи, почему, почему осознание нелепости, жестокости, несправедливости совершённого рухнуло на неё только что и придавило почти насмерть? Даже дышать тяжело от осознания…

– Но у вас кровь…

Приказ Кристины приготовить воду Натали выполнила, поэтому ей быстро удалось смыть с её лица алые разводы, напоминающие дорожки от слёз на бледной коже.

Кристина никак не реагировала на то, что делала служанка – просто смотрела в стену, не моргая.

– Боже, Натали, что же со мной теперь будет… – прошептала она.

Голова Кристины безвольно упала на хрупкое плечико служанки. Та погладила свою госпожу по спине.

– Судить-то уж точно не будут. И милорд наверняка простит. Вы же у него единственная.

Эти слова вызвали в душе Кристины волну раздражения. Какого чёрта поединки разрешены? Какого грёбаного чёрта её не будут судить? И какой силы милосердием должен обладать отец, чтобы простить её? Может, даже не за убийство, а за то, что ослушалась, проявила чрезмерное своеволие, не посчиталась с его мнением… разочаровала… По сравнению со всем этим убийство, конечно, не меркло, но оно было явно не единственным, за что отец мог Критстину возненавидеть.

– Он не простит, – отозвалась она. – И никто не простит.

Натали, кажется, её не поняла.

– Я хочу есть, – вдруг сказала Кристина, поднимая голову.

 – Тебе можно выходить?

– Не знаю. К вам, поди, охрану приставили. Пойду спрошу.

Натали подошла к двери и тихонько постучала.

– Я знаю, что миледи выходить не велено, – пресекла она ненужные вопросы. – А мне можно? Я ей еды принесу.

Дверь отворилась, один из стражников, грубо схватив служанку за локоть, вытащил её из комнаты и тут же запер дверь снова. Послышались гневные возгласы Натали.