Блад: глубина неба

А своя рожа будет целой – замечательное дело! – расхохотался он.

Оставшийся день удручённый Блад плёлся на Полночи в хвосте циркового поезда. Не засиделся он с остальными и у центрального костра на ночёвке. Вышел за кибиточный круг, жадно вдохнул холодную ночную свежесть, словно внутри стоянки воздух был иной, душный; не спеша пошёл прочь от кибиток и добрёл до маленького круглого озерца, скованного льдом. По берегу тихонько шуршал сухой камыш, посеребрённый инеем, сверкающим в лунном свете.

– Ты чего тут?

Шентэл вздрогнул от неожиданности, обернулся. Рядом стояла Кэсси, кутаясь в меховую накидку.

– Весь день ты какой-то убитый. Что случилось?

Блад неопределённо пожал плечом и отвернулся, не желая отвечать, устремил взгляд на замёрзшую воду.

– Смотри, если топиться вздумал – лёд толстый, голыми руками не сломаешь. Эта лужа вообще могла промёрзнуть до дна, так что дело – дрянь. – Кэсси помолчала, ожидая хоть какой-то реакции, но Блад по-прежнему стоял к ней спиной, будто её тут и не было.

 – Ну ладно, пойду я тогда, – сдалась она, – а ты зови, если помощь понадобится. У отца где-то есть большой топор…

– Ты настоящий друг, – невесело отозвался Блад, садясь землю.

– А то как же! – оживилась Кэсси, усаживаясь рядом. – Ну, – она толкнула его плечом, – рассказывай, что смурной такой?

Запах сливы и снега окутал его, и сердце забилось не столь уныло.

– Сегодня утром я видел шатёр. И реквизит…

– Ага, и с Ником, поди, говорил?

Шентэл кивнул.

– Я дурак, наверное, что сначала поверил? У вас даже имена придуманные! Все вы – придуманные. И я совсем не знаю, кто вы такие на самом деле.

Кэсси сочувственно вздохнула. Они долго молчали, глядя на освещённую лунным светом поверхность застывшего озера.

– Я не принимаю их правил, – наконец сказала она.

– Почему?

– Потому что я считаю, что если всё время притворяться, то твоя собственная жизнь пройдёт мимо, ты даже не заметишь.

А я жить хочу. Чувствовать. Любить, в конце концов. Я хочу быть тем, кто я есть, нравится им это или нет! – Она помолчала, а потом понизила голос до шёпота: – Руал – он тоже не такой, как они. Он настоящий! Пока настоящий… Они хотят сделать его подобным себе. Шентэл… ты же умеешь хранить секреты?

Он кивнул.

– Я люблю его. Руала.

– Что?! – Что-то тонкое, холодное, словно кожаный кнут, больно хлестнуло Блада поперёк груди.