Тим

Офицер, светловолосый, подтянутый, с правильными чертами лица, вновь обратился к проекции. Сев на краешек, стула Тим последовал его примеру. Присмотревшись, понял, что перед глазами разбитая на секции схема крейсера. Он знал, что корабль огромен, но, что настолько, даже не подозревал.

Офицер касался пальцем того или иного участка, и тот, мгновенно распухая, прибавлял в масштабе. Длилось это довольно долго, наконец, закончив и сделав какие-то пометки в лежащем на столе блокноте, офицер свернул проекцию.

– Разрабатываю комплекс мер по обороне двенадцатой палубы, – видя интерес в глазах Тима, пояснил он, – но ведь тебе это мало о чём говорит?

Вопрос повис в воздухе, Тим не знал, что сказать, хотя ответа никто и не ждал.

– Это опустим, – продолжил офицер, – ответь-ка мне, дружок, на такой вопрос, – с этими словами он пристально заглянул Тиму в глаза, – в последнем бою верхние кормовые палубы правого борта остались без боекомплекта. По всему выходит, случилось это по твоей вине. Объясни.

По спине пополз холодный ручеёк.

Не в силах оторваться от гипнотического взгляда офицера, Тим, благодаря бога, что хватило ума предвидеть подобный вопрос, ответил, что от побоев потерял сознание, а когда очнулся, подавать было нечего. Какое-то время офицер сверлил его взглядом, но, видимо, поверив, откинулся на спинку стула.

– Какие планы на будущее? – заметно потеплевшим тоном спросил он, ввергнув Тима в ещё большее замешательство.

Слишком долго в его лексиконе отсутствовали слова о дальнейших планах.

Весь смысл последних лет сводился к исполнению прихотей и приказов. Вопрос поставил в тупик.

– Не знаю, – молвил он, – даже не думал.

– А стоило бы, – сказал офицер, – учитывая, что уже как неделю ты вольный человек.

Показалось, ослышался, но офицер в подтверждение кивнул. Это было похоже на взрыв; казалось, вал накативших эмоций вот-вот свалит с ног. Глядя, как с подбородка Тима капают слёзы, офицер молчал, дав сполна насладиться моментом.

– Это правда? – прозвучало в каюте спустя какое-то время.

– По-твоему, я похож на шутника?

В каюте опять повисла тишина. Пока Тим, всё ещё боясь до конца поверить, переживал счастливые минуты, офицер с интересом следил за сменой выражений на его лице.

– И что теперь? – пришёл, наконец, Тим к неизбежному вопросу.

– Теперь ты свободен, – услышал в ответ, – вот только ты – дикарь, жизнь которого прошла в лесах и загонах. Уверен, ты ничего не знаешь о нравах и правилах тех мест, где окажешься.