Тим

– Дами-и-и-и-ир, – покатился вдруг по залу густой бас, – матрос, я восхищён твоей расторопностью, три с половиной часа, – оглашал округу обладатель баса, – зачем нам главный двигатель? Не нужен! Ведь у матроса есть более важные дела. Тебя, детёныш сумасшедшей шлюхи, где носит?

– Задержался, Саб, – послышалось с другой стороны, и Тим увидел высокого, худощавого парня, рыжего и с веснушками, в форме технической службы.

– Вижу, что задержался, – послышалось рядом.

Обернувшись, Тим рассмотрел обладателя громоподобного голоса.

Рост под стать. Тим едва дотягивал ему до пояса. Совершенно лысый, с обожжённым наполовину лицом и торчащей из левого плеча культёй вместо руки, техник по имени Саб вновь набрал воздуха в лёгкие.

– Задержался где?

– Найти не могли. Весь трюм перерыли, в базе блок есть, – тряхнул парень коробкой в руках, – на деле нет, бардак, господин тех. майор.

– Горин…, старая облезлая карава, – выругался Саб, – там в голове бардак. Его, маразматика, списать пора, а он всё жизнь нам портит.

Ставьте блок, собирайте и тестируйте контроллер, запуск по готовности. Я в машинное.

Поравнявшись с ними, техник остановился.

– Слышь, пехота, – обратившись к конвоиру, он указал на Тима пальцем, – этот что ли выключил?

В ответ коренастый пехотинец утвердительно кивнул. О чём речь, Тим не понял.

– Молодец, – непонятно за что похвалил его техник и отправился дальше.

– Он о чём? – спросил Тим пехотинца.

Тот лишь молча пожал плечами.

Спустившись на лифте, оказались на отведённой пехоте палубе.

Взору открылось длинное, просторное помещение с рядами массивных, установленных на амортизаторы коек, столами и перегородками из приваренных к полу шкафчиков.

Довольно многолюдно, одни, оглашая воздух сопеньем и храпом, безмятежно спали, другие возились с амуницией и оружием, третьи занимались своими, непонятными Тиму делами. Вначале на них не обратили внимания, но, шагая по делящему ряды коек проходу, Тим то и дело ловил короткие взгляды.

Проход упёрся в дверь отдельной каюты, интерьер которого состоял из такой же как у солдат койки, столика, двух корабельных со спинкой стульев и висящего над столом голографического изображения. За ним, глядя на мерцающие схемы, сидел виденный Тимом у Марина офицер.

– Доставил, командир, – вытянулся коренастый.

– Свободен, – не удостоив пехотинца взглядом, сказал офицер, – ты, – так же не глядя, ткнул он в Тима пальцем, – садись, подожди.