Тим

Визг реактивного снаряда, прокатившись по проходу, оборвался вспышкой и сильнейшим грохотом, тряхнувшим пол и стены жилого сектора. Захлопали сорванные двери кают. Взрывная волна, подняв ошмётки панелей, сдвинула диван и обдала Тима горячим воздухом. Повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием начавшегося пожара и гулом идущего где – то на соседней палубе боя.

Нападавшие устремились вперёд. Вскрывая уцелевшие двери кают, убивая всех, кто не успел уйти, солдаты прошли мимо, не заглянув за дымящийся диван. Несколько минут Тим слушал топот, ругань, выстрелы и предсмертные крики.

– Здесь второй, – услышал совсем рядом грубый мужской голос.

Тим перестал дышать, моля о том, чтобы зашедший в нишу не заглянул за чадящий диван.

– Жилой блок взяли, потерь нет, выходим на магистраль, – докладывал кому-то пехотинец, – гравитация в норме, утечки кислорода в секторе не фиксирую.

Ответа переговорного устройства не слышал.

– Есть, – снова сотряс воздух грубый голос. – Внимание, – Тим понял по тону, что теперь тот обратился к своим солдатам, – дальше на магистраль, по ней на мостик.

Схема движения прежняя. Передают, что шлюзовая и грузовые палубы наши, – подбодрил он бойцов, – взяли богатые трофеи. Так что шевелимся, – повысил командир голос, – не зевать, вперёд.

Едва затих шум шагов, Тим выполз из-за дивана и, лёжа среди хлама и обломков, вертел головой. Закопчённые вскрытые переборки, сбитые двери кают, чадящие куски размолотой обшивки переборок.

В свете уцелевшего светильника в месте попадания реактивного снаряда разглядел почти перекрывшее проход нагромождение металла.

За завалом с потолка шумно бьёт чёрная жидкость, перекрашивая в свой цвет покрытие пола.

Убедившись, что поблизости никого нет, Тим поднялся и, вцепившись в оружие, двинулся вдоль прохода. Мельком заглянув в каюту, из которой стреляли по чужакам, ругнулся и прибавил шаг.

Вопрос, сможет ли ещё раз выстрелить в человека, решился сам собой. Обходя завал, запнулся. Стараясь удержать равновесие, уже падая, сделал несколько быстрых шагов, но всё же свалился на бок и, проскользив по мокрому полу, выскочил на делящую проход на две части площадку.

Упёрся взглядом в две громоздкие фигуры. Та, что стояла к нему лицом, немедля открыла огонь.

Спасло то, что всё ещё скользил по маслянистой, хлещущей из потолка жидкости. От неожиданности, даже не понимая, что ствол смотрит в нужную сторону, дёрнул курок. Глядя в потонувший в разрывах проход, вскочил на ноги и рванул прочь.