Флаги над замками

– Вот она! – Тот провел рукой под носиком крана, и струя полилась ему на руки.

– Я повелеваю водой! – Он снова схватился за душ, но Иэясу на этот раз был настороже и увернулся.

– Для тебя это новость, Киёмаса?

– Да нет, – Киёмаса расхохотался. Мокрая церемониальная одежда прилипла к его телу, а с волос вода текла прямо на лицо.

– Это почти как у Кобаякавы Такакагэ! Нет, даже, наверное, он так не умел! Как это сделано? Ты знаешь? О… – Киёмаса внезапно осекся и бросил душ на пол. – Только не говори, что там, в подвале, сидит человек, владеющий силой воды.

И это он? Вот до такого дошло?

– Тихо. Успокойся, – Иэясу вздохнул, увидев, как вода на полу начала подергиваться тонкой корочкой льда, и повторил, шагнув назад: – Успокойся, никто ничем не управляет. Это современный водопровод. За тобой наблюдают и перекрывают воду, когда она тебе не нужна. Разве тебе этого не объяснили?

– Объяснили. А кто следит? Где? – Киёмаса заозирался по сторонам.

– Не знаю, потом поищешь. Тебе во многом нужно разобраться, ты помнишь?

– Помню.

Но все же хорошо, что наделенные силой не набирают воду в фуро для гостей. Это было бы слишком. Я не согласен жить в таком мире.

Иэясу вздохнул еще глубже:

– Мне кажется, ты не совсем понял, Киёмаса. Похоже, что в этом мире владеющих силой осталось двое – я и ты.

Тщательно вытерев полотенцем волосы, Киёмаса протянул его Иэясу и завернулся в юкату[8 - Юката – традиционная японская одежда, представляющая собой летнее повседневное хлопчатобумажное, льняное или пеньковое кимоно без подкладки.

] с вышитыми по подолу журавлями и бамбуком. И прошел в комнату, где на столике стояли заказанные сакэ и угощение.

– Ну вот. Сейчас сядем, выпьем и как следует все обсудим.

– Вот оно как… – Иэясу отер лицо, повесил полотенце обратно и хитро прищурился. – То есть беседовать мы будем у тебя?

Киёмаса медленно повернул голову и усмехнулся:

– А что тебя смущает, старый друг? – Он снова выделил голосом слово «друг». – Ты давно не сёгун, да и сёгуната больше нет.

И ты не Великий Бог Востока теперь. К чему разводить церемонии?

Иэясу нахмурился было, но тут же рассмеялся:

– Что же… я рад, что ты согласился принять мое приглашение. Без тебя этот мир был намного скучнее. К тому же это ведь мой дом, не так ли? Не все ли равно, где обедать?

Киёмаса откинулся, опершись спиной о стену, и тоже рассмеялся:

– Тануки… Все перевернет с ног на уши.

– Я рад, что мы поняли друг друга.