Из Декабря в Антарктику

Я почувствовал, как быстро мои глаза адаптировались к темноте и отчетливо различают предметы.

Приблизившись сзади, вплотную, обвиваю рукой ее хрупкую талию. Кладу ладонь на упругий живот, касаясь губами основания сахарной шеи. Она нежно трется о мою щеку. Запах волос и ванили. Дыхание разгоняется.

Некая сила, крепко ухватив за предплечье, дернула вверх – оторвала от пола. Диафрагму сжало. Через секунду я уже лежал на матрасе, пытаясь снова дышать, но получилось не сразу.

Тайка сидела сверху, ее прическа растрепалась.

Широкая рубаха расстегнулась и сползла с левого плеча, оголив небольшую грудь, на которую легла решетчатая тень от окна. Темный заостренный сосок поднимался, двигался вверх-вниз от учащенного дыхания.

Она наклонилась и поцеловала меня.

– Это последняя ночь.

Цепенею.

– Это, – шепчет на ухо, – только начало пути.

– Нет, ты не понимаешь, – шепчу, – ты и я, этот дом, это и есть мечта!

– Иногда нужно отдалиться от мечты, чтобы приблизиться к ней.

Молчу, ком в горле.

– Вик, ты должен помнить, что нет неправильного выбора. В нужное время ты придешь туда, куда всегда шел. Это неизбежно.

Тишина.

Слышно лишь наше совместное дыхание.

В глухоте ночи, где-то очень далеко, в гуще деревьев на вершине горы, послышался затяжной скулящий вой.

– Кру…

– А?

– Мне страшно.

Той ночью я видел сон про собаку. Собака была добрая и светлая, как лабрадор. Делая широкий взмах, рука бросала мячик, так далеко, насколько можно закинуть.

Мячик летел по дуге, ударялся о землю и продолжал скакать по траве. Быстро и весело катился, как колобок.

А я бежал следом, очень быстро, туда, неизвестно куда; за мячиком, прыгая по траве и кочкам. Несся с высунутым языком. Уши гнулись в потоке ветра, из-под лап вылетали клочки травы. Ничего не было нужно – только радостно бежать.

Когда я нагонял мячик, еще скачущий, то с хрипом вгрызался в него. И, беспокойно дыша, возвращался, капая слюнями.

Довольный, всем видом показывая: «Смотри, у меня мячик во рту!».

Махал хвостом как бешеный. И это был хвост, дополняющий меня. Счастье струилось и распирало, хотелось пометить все деревья вокруг.

Гляжу на мячик добрыми глазами. На языке слюни. Машу хвостом. Таким родным хвостом…

Высшее проявление любви заключается в том, чтобы предоставить человеку свободу – быть собой и двигаться собственным путем. Так говорит Кру.