Дважды возрожденный

Его слова как бы послужили сигналом. Почти одновременно все вскинули оружие. Сухо лязгнули затворы. Взглянув вверх, вижу, что Малыш развернул крупнокалиберный пулемет в нашу сторону.

– Эту проблему можно решить по-другому? – делает шаг в сторону гномов Мичман, тем самым, закрывая потенциальные мишени спиной и предотвращая намечавшееся кровопролитие. – Без наказания?

– Нет, – сипение карлика неумолимо.

– Пожалуйста! Ну не надо! Не убивайте его! – неожиданно для всех бросается к гному Рита, сдерживая рыдания – Я прошу вас! Не надо!

Она падает перед парочкой уродцев на колени и пытается ближайшего к ней ухватить за руку.

– Я прошу вас! Я же люблю его! Понимаете, люблю! – уже не плачет, а кричит она. – Не забирайте его у меня.

Вот те раз… Я и не знал, что у нас тут такие сердечные романы бурлят. Судя по лицам окружающих, они удивлены не меньше меня. Мичман, глядя на Риту, даже дымящуюся трубку изо рта чуть не выронил, но спохватившись, вернул своему облику привычную невозмутимость и спокойствие.

– Рит. Ну ты это… Перестань, – поднимает ее Стас. – Перестань. Не унижайся перед этими квазимордами. Они и твоего мизинца не стоят… – Он прижимает ее к своей груди и гладит по голове, успокаивая, как ребенка. По сравнению с его атлетической фигурой она кажется хрупкой соломинкой в объятьях дуба-великана. – Все будет нормально.

Мичман что-то тихонько шепнул на уши Ане и Лене. Девушки сразу же подошли к Рите, и взяв ее под руки, повели в Башню.

– Что с ним будет? – нарушая договоренность, обращаюсь я. – Какое наказание?

– Он умрет, как умерли наши братья. Его замуруют живьем в ветви шахты. Он умрет от удушья.

Неучи. Они даже толком не представляют, как умерли их сородичи, а берутся судить нас.

– Зачем вам это? – во мне просыпается злость. – Вам что, от этого станет легче?

– На рассвете, – сказал гном, игнорируя мой вопрос.

Они взяли за поводья верблюдов и чинно двинулись в сторону Южных ворот.

– Я сейчас кончу эту мразь! – выругался я вскидывая оружие. Желание размазать гномов по стене стало непреодолимым. Вот так просто говорить, о том, что они замуруют человека под землей, и он умрет от удушья. Скоты!

Рука Стаса легла на ствол моего автомата, отводя в сторону от намеченной цели.