Круговорот леторождённых

 – Что с тобой?..

– Они поручили это мне, – дрожащим голосом отозвалась Морин и пояснила, увидев, что Асия не понимает: – Помогать Рэн Джану. В его исследованиях.

– Так это же здорово! Мне тоже…

– Ты не понимаешь! – воскликнула Морин. – Это же сам Рэн Джан! И я – я! – буду ассистировать ему!..

– Погоди… – Асия подошла к своей кровати, стянула форменные ботинки на тонкой подошве и залезла на одеяло с ногами. – Рэн Джан… Так это тот самый генетик, о котором ты мне прожужжала все уши?

Картинка в голове начала складываться.

«Ты не понимаешь! – вдохновенно вещала она. – Рэн Джан – самый выдающийся ботаник со времён Карла Линнея[5 - Карл Линней – шведский зоолог, ботаник и медик XVIII века. Создатель единой системы классификации растительного и животного мира, в которой были обобщены и в значительной степени упорядочены знания всего предыдущего периода развития биологической науки.

Да, точно. Именно о нём Морин и говорила. Она восхищалась учёным, как рок-звездой. Но если в студенческие годы это веселило Асию, теперь, когда они стали офицерами на корабле и их ждала встреча с арканцем вживую, было уже не до смеха. Но главное Асия поняла совершенно точно: делиться с подругой переживаниями не стоило, ведь сейчас у Морин явно хватало своих.

Раздался хруст карандаша, который Морин нервно крутила в пальцах.

– Аси, я не справлюсь, – прошептала она. – Он ведь такой…

– Он – обычный, – прервала её Асия, возможно, жёстче, чем следовало. – Рэн Джан не особенный. Он стал выдающимся учёным, потому что много работал. И знаешь, ещё неизвестно, каких высот добьёшься ты к его возрасту.

Морин слабо улыбнулась.

– Знаешь, что я думаю, Мо? – продолжала Асия. – Я думаю, нам дан потрясающий шанс познакомиться с выдающимися людьми, перенять что-то из их опыта, проявить себя.

– И я, – отозвалась Морин и тут же отвернулась.

Асия вздохнула. В голосе подруги она не услышала ни капли уверенности и чувствовала, что им ещё не раз придётся вернуться к этому разговору.

Она шла по коридору «Шамана», и под ногами привычно вспыхивали светлые пятна на бежевом метапластике.