Последние стражи

 – Ника нацепила бейсболку, завязала шнурок и поправила лямку рюкзака со своими скромными пожитками. «Заботу проявляет! Лучше бы домой забрал!» – раздраженно подумала Ника и огляделась по сторонам. «Ну где же Фед? Ведь обещал же недолго!»

Дверь в школу открылась и на пороге появилась полная седая женщина, лучившаяся наигранной доброжелательностью.

– Здравствуй, Ника! Меня зовут Зинаида Васильевна, я директор этой школы. И я рада приветствовать тебя. – директриса улыбнулась. – У нас здесь хорошо, дорога далеко, машины не ездят.

В лесу затрещали ветки. С деревьев с возмущенным криком взлетали птицы. Ника обернулась. Из-за забора появился взъерошенный Фед, воровато озирающийся по сторонам. Увидев, что его заметили, он пригладил перышки и взлетел повыше. А после начал заходить на посадку, красиво планируя в воздухе.

– Красиво идет! Ну прям орел! – одобрительно сказал первый херувим.

– Позер! – фыркнул второй.

Внезапно налетел ветер. Феда перевернуло, и он кубарем скатился к ногам Ники. Херувимчики хором заржали. Фед вскочил и, потрясая кулаками в воздухе, ринулся в бой. Малыши спрятались за колоннами, побросав свои луки со стрелами. Ника в упор с укоризной смотрела на Феда. Только драки задиристого горгула ей и не хватает для полного «счастья»

– Ну я до вас доберусь, жирдяи. Живите пока. Сегодня я кавалер одной прекрасной мадемуазель.

– Ну что ж, чтобы не терять времени даром, давайте пройдем в мой кабинет. – директриса посторонилась, пропуская Нику с родителями в школу.

За дверью их ждал темный холл, отделанный деревянными панелями. На окнах висели тяжелые портьеры, не пропускающие дневной свет, из-за чего складывалось ощущение, что ты попал в склеп, а не в школу. На стенах висели фотографии, много фотографий детей.

– Жуткое местечко! – подал голос Фед с плеча Ники.

– Наши воспитанники! – директриса с гордостью обвела рукой нескончаемые ряды фотокарточек. – Пойдемте, нам дальше. – она открыла невидимую дверь и пропустила их.

За дверью притаился короткий коридор, заканчивающийся массивной дубовой дверью. Ярко освещенный, он был полной противоположностью мрачному холлу.