Последние стражи

Я перестану драться, обещаю. – папа покачал головой и отвернулся. – Мам, я готова даже платья начать носить…

– Ника, мы все обсудили. – в голосе мамы звенел металл. – Нам с отцом тоже тяжело. Но в последнее время ты стала неуправляема. Это вынужденная мера. Здесь ты сможешь наконец-то социализироваться. Будем надеяться, что ты тут не на долго. Пойдемте! – и она решительно шагнула в дверь. Папа взял Нику за плечи и подтолкнул следом.

За воротами Нику ждало разочарование. Дома, в своих фантазиях, она рисовала себе мрачную картину: серое, грязное здание, окруженное забором из колючей проволоки, маленькие замученные дети в тюремных робах, надсмотрщики….

Всего этого не было. Фасад школы больше напоминал усадьбу зажиточного помещика конца XIX века (Ника увлекалась историей и архитектурой). Колонны у парадного входа, толстые херувимчики уютно примостившиеся под крышей…. Только окна, забранные решетками, да колючая проволока поверх кирпичного забора ясно давали понять, здесь находится заведение закрытого типа, из которого просто так не выйдешь.

– Привет, пацан! – один из херувимов приветственно помахал Нике рукой, девочка насупилась и поглубже надвинула бейсболку на глаза.

– Ты совсем ослеп? Не видишь, это девчонка! – второй херувим фыркнул и закатил глаза. – Привет, красотка! – и маленький толстячок послал Нике воздушный поцелуй.

Ника изо всех сил делала вид, что не замечает перебранки двух толстых младенцев с крыльями. В следующее мгновение она наступила на развязавшийся шнурок и чуть не пропахала носом клумбу, услужливо расположившуюся рядом.

С головы Ники слетела бейсболка и по плечам рассыпались рыжие кудри.

– Только не в клумбу, наша Фурия тебя убьет! – второй херувим снова закатил глаза.

– Кто?! – Ника поперхнулась, она была хорошо знакома с мифами Древней Греции, можно сказать лично, а не понаслышке, и возможная встреча с живой Фурией ее не радовала.

Мама с сочувствием и страхом посмотрела на Нику. Девочка много раз пыталась объяснить, что с ней происходит, но ее, похоже, считали отъявленной лгуньей.

– Держи себя в руках! – первый херувим влепил звучную пощечину своему товарищу. – Зачем пугать новенькую?! Это надсмотр…, тьфу ты, наставница нашей школы! Милая женщина, очень любит детишек! – первый херувим фальшиво улыбался Нике.

– Ага, на завтрак! –второй херувим предусмотрительно отлетел подальше, потирая ушибленную щеку.

– Все в порядке?! – папа помог Нике подняться.

– Ага.